№1-2 (285-286), 2026

МРНТИ 10.77.51/10.81.71

УДК 343.9/343.412

Акжолов Ансар Сембаевич — студент 3 курса Astana IT-University (Республика Казахстан, г. Астана)

ЦИФРОВОЕ НАСИЛИЕ В ОТНОШЕНИИ ЖЕНЩИН: ПРАВОВЫЕ ВЫЗОВЫ И ПУТИ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ

Аннотация. В статье проводится комплексный анализ феномена цифрового на­силия в отношении женщин как одного из наиболее острых вызовов совре­мен­ного информационного общества. Рассматриваются сущность и основные формы цифровой агрессии, включая кибербуллинг, киберсталкинг, распространение ин­тим­ных материалов без согласия и онлайн-домогательства. Особое внимание уде­ляется гендерной специфике цифрового насилия, его связи со структурным не­ра­венством и влиянию на свободу выражения мнений, социальную активность и пси­хо­логическое благополучие женщин. Анализируется действующее законода­тель­ство Республики Казахстан, регулирующее защиту частной жизни, чести и дос­то­инства личности в цифровой среде, а также выявляются проблемы правопри­ме­ни­тель­ной практики, связанные с анонимностью агрессоров, трансграничным харак­тером правонарушений и сложностями доказывания. Рассматривается зарубежный опыт противодействия цифровому насилию и обосновывается необходимость со­вер­шенствования национального законодательства. Делается вывод о важности ком­плексного подхода, включающего правовые реформы, развитие междуна­род­ного сотрудничества, повышение цифровой грамотности и создание эффективных ме­ханизмов поддержки пострадавших. Рассматриваются основные формы цифро­вой агрессии, правовые механизмы защиты в Республике Казахстан и междуна­род­ные подходы к регулированию. Особое внимание уделяется проблемам право­при­менения, трансграничному характеру цифровых правонарушений и необхо­димости совершенствования законодательства с учетом гендерной специфики.

Ключевые слова: цифровое насилие, права женщин, кибербуллинг, кибер­сталкинг, частная жизнь, цифровые права, гендерное равенство, гендер.

Ақжолов Ансар Сембайұлы — Astana IT-University 3 курс студенті (Қазақстан Республикасы, Астана қ.)

ӘЙЕЛДЕРГЕ ҚАТЫСТЫ ЦИФРЛЫҚ ЗОРЛЫҚ-ЗОМБЫЛЫҚ: ҚҰҚЫҚТЫҚ ҚИЫНДЫҚТАР ЖӘНЕ ҚАРСЫ ТҰРУ ЖОЛДАРЫ

Түйін. Мақалада әйелдерге қатысты цифрлық зорлық-зомбылық құбылысы қазіргі ақпараттық қоғамның өткір сын-қатерлерінің бірі ретінде жан-жақты тал­данады. Цифрлық агрессияның мәні мен негізгі нысандары, соның ішінде ки­бер­буллинг, киберсталкинг, келісімсіз интимдік материалдарды тарату және онлайн-қудалау қарастырылады. Цифрлық зорлық-зомбылықтың гендерлік ерекшелігіне, оның құрылымдық теңсіздікпен байланысына және сөз бостандығына, әлеуметтік белсенділікке және әйелдердің психологиялық әл-ауқатына әсеріне ерекше назар аударылады. Цифрлық ортада жеке өмірді, жеке адамның ар-намысы мен қадір-қа­сиетін қорғауды реттейтін Қазақстан Республикасының қолданыстағы заңна­ма­сы талданады, сондай-ақ агрессорлардың анонимділігіне, құқық бұзушылық­тар­дың трансшекаралық сипатына және дәлелдеудің күрделілігіне байланысты құқық қолдану практикасының проблемалары айқындалады. Цифрлық зорлық-зомбы­лық­қа қарсы іс-қимылдың шетелдік тәжірибесі қаралады және ұлттық заңнаманы жетілдіру қажеттілігі негізделеді. Құқықтық реформаларды, халықаралық ынты­мақ­тастықты дамытуды, цифрлық сауаттылықты арттыруды және зардап шек­кендерді қолдаудың тиімді тетіктерін құруды қамтитын кешенді тәсілдің маңыз­дылығы туралы қорытынды жасалады. Цифрлық агрессияның негізгі нысандары, Қазақстан Республикасындағы қорғаудың құқықтық тетіктері және реттеудің халықаралық тәсілдері қарастырылады. Құқық қолдану проблемаларына, цифрлық құқық бұзушылықтардың трансшекаралық сипатына және гендерлік ерекшелікті ескере отырып, заңнаманы жетілдіру қажеттілігіне ерекше назар аударылады.

Түйінді сөздер: цифрлық зорлық-зомбылық, әйелдер құқықтары, кибер­буллинг, киберсталкинг, жеке өмір, цифрлық құқықтар, гендерлік теңдік, гендер.

Akzholov Ansar Sembaevich — 3rd year student at Astana IT-University (Republic of Kazakhstan, Astana)

DIGITAL VIOLENCE AGAINST WOMEN: LEGAL CHALLENGES AND WAYS TO COUNTER IT

Annotation. The article provides a comprehensive analysis of the phenomenon of digital violence against women as one of the most pressing challenges of the modern information society. The article examines the essence and main forms of digital aggression, including cyberbullying, cyberstalking, distribution of intimate materials without consent, and online harassment. Special attention is paid to the gender-specific nature of digital violence, its connection with structural inequality and its impact on freedom of expression, social activism and psychological well-being of women. The current legislation of the Republic of Kazakhstan regulating the protection of private life, honor and dignity of the individual in the digital environment is analyzed, and problems of law enforcement practice related to the anonymity of aggressors, the cross-border nature of offenses and the difficulties of proof are identified. The article examines the foreign experience of countering digital violence and substantiates the need to improve national legislation. It is concluded that an integrated approach is important, including legal reforms, the development of international cooperation, the improvement of digital literacy and the creation of effective support mechanisms for victims. The main forms of digital aggression, legal protection mechanisms in the Republic of Kazakhstan and international approaches to regulation are considered. Special attention is paid to the problems of law enforcement, the cross-border nature of digital offenses and the need to improve legislation taking into account gender specifics.

Keywords: digital violence, women’s rights, cyberbullying, cyberstalking, privacy, digital rights, gender equality, gender.

 

Введение. Цифровые технологии радикально изменили характер социальных коммуникаций, открыв новые возможности для развития общества. Вместе с тем цифровизация породила и новые формы агрессии, совершаемые с использованием информационно-коммуникационных технологий. Одной из наиболее острых проб­лем современности является цифровое насилие в отношении женщин, которое ока­зывает разрушительное воздействие на их личную, профессиональную и соци­альную жизнь.

В Послании Президента Республики Казахстан Касым-Жомарта Токаева «Ка­захстан в эпоху искусственного интеллекта: актуальные задачи и их решения через цифровую трансформацию» подчеркивается необходимость формирования прин­ципа нулевой терпимости к любым формам правонарушений, включая проявления насилия в цифровой среде[1]. Таким образом, проблема цифрового насилия приоб­ретает не только социальное, но и стратегическое государственное значение.

Материалы и методы. В основу настоящего исследования положен меж­дис­цип­линарный подход, сочетающий методы юридического анализа, сравнитель­ного правоведения и социо-правового исследования. В качестве основных матери­а­лов использованы положения действующего законодательства Республики Ка­зах­стан, международные правовые акты в области прав человека, а также анали­тические и статистические данные международных организаций и исследова­тель­ских центров, отражающие масштабы и формы цифрового насилия в отношении женщин.

Нормативную базу исследования составили Конституция Республики Казах­стан, Уголовный кодекс РК, Гражданский кодекс РК, Кодекс об админи­стра­тив­ных правонарушениях, Закон Республики Казахстан «О масс-медиа» от 19 июня 2024 года, а также международные документы, включая Международный пакт о гражданских и политических правах. Использование указанных источников позво­лило провести системный анализ правовых механизмов защиты частной жизни, чести и достоинства личности в цифровой среде.

Обсуждения и результаты. Цифровое насилие представляет собой форму аг­рессии, осуществляемую посредством электронных устройств и интернет-плат­форм, направленную на причинение психологического, эмоционального и репута­ци­онного вреда[2]. В отличие от традиционных форм насилия, оно характеризуется анонимностью агрессора, возможностью охвата широкой аудитории и трансгра­нич­ным характером.

К наиболее распространенным формам цифрового насилия относятся:

  1. кибербуллинг — систематическое унижение и травля в онлайн-среде;
  2. киберсталкинг — преследование и слежка в цифровом пространстве;
  3. распространение интимных материалов без согласия («порноместь»);
  4. онлайн-харассмент и сексуализированные домогательства;
  5. доксинг — публикация персональных данных с целью давления или запугивания;
  6. сексистская риторика и угрозы сексуального насилия[3].

Общей чертой данных форм является их направленность на подрыв достоин­ства женщины, ее изоляцию и ограничение участия в публичной жизни. Эти дей­ствия часто используются как средство контроля и наказания за выражение соб­ственного мнения или активную гражданскую позицию.

С точки зрения феминистской юридической теории цифровое насилие против женщин рассматривается как продолжение структурного гендерного неравенства, перенесённого в онлайн-пространство2. Интернет, вопреки ожиданиям, не стал полностью нейтральной средой, а воспроизводит существующие социальные и вла­ст­ные иерархии.

Женщины, активно участвующие в общественных дискуссиях, чаще подвер­гаются агрессивным нападкам сексуализированного характера. Это ограничивает их свободу выражения мнения и препятствует полноценному участию в цифровой публичной сфере[4].

Согласно данным Pew Research Center, более 40 % пользователей интернета сталкивались с цифровым абьюзом, а 73 % становились его свидетелями[5]. По дан­ным ООН-Женщины, около 73 % женщин в мире испытали различные формы на­си­лия в цифровом пространстве[6]. Эти показатели свидетельствуют о глобальном характере проблемы.

Правовая система Республики Казахстан предусматривает многоуровневую защиту частной жизни, чести и достоинства личности.

Статья 18 Конституции Республики Казахстан гарантирует каждому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту чести и достоинства[7].

Уголовный кодекс Республики Казахстан предусматривает ответственность за:

  • нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 147 УК РК);
  • нарушение тайны переписки и иных сообщений (ст. 148 УК РК);
  • вымогательство, включая угрозу распространения конфиденциальной информации (ст. 194 УК РК);
  • преступления против половой неприкосновенности (ст. 120, 121 УК РК);
  • хулиганство (ст. 293 УК РК).

Клевета была декриминализована и переведена в сферу административных правонарушений согласно Закону РК от 26 июня 2020 года. В настоящее время ответственность предусмотрена статьёй 73-3 Кодекса об административных правонарушениях[8].

Гражданское законодательство также обеспечивает защиту нематериальных благ. Статья 143 ГК РК закрепляет право на защиту чести, достоинства и деловой репутации. Статья 144 ГК РК регулирует охрану тайны личной жизни, а статья 145 ГК РК — право на изображение.

Закон Республики Казахстан «О масс-медиа» от 19 июня 2024 года устанав­ливает случаи, когда согласие на использование изображения не требуется[9].

Таким образом, законодательство Казахстана формирует комплексную систе­му защиты от посягательств в цифровой среде.

Несмотря на наличие нормативной базы, цифровое насилие часто остается безнаказанным. Основными проблемами являются:

  1. отсутствие специализированного законодательства о цифровом насилии;
  2. сложности идентификации злоумышленников из-за анонимности и использования VPN;
  3. трансграничный характер правонарушений;
  4. недостаточная подготовка правоохранительных органов;
  5. трудности фиксации и сохранения цифровых доказательств.

Дополнительной проблемой является отсутствие единых международных стан­дартов и гармонизированных механизмов сотрудничества между государ­ст­вами, что создаёт так называемые «юрисдикционные убежища»[10].

Исследование зарубежной практики выявило три основных подхода к регу­ли­рованию кибербуллинга:

  1. Традиционный подход — применение общих уголовных норм (65 % стран).
  2. Специализированный подход — принятие специальных законов о кибер­буллинге (20 % стран).
  3. Комплексный подход — сочетание уголовных, гражданских и администра­тивных мер (15 % стран).

В сфере распространения интимных материалов без согласия выделяются:

  • криминализация как отдельного состава преступления (55 % юрисдикций);
  • гражданско-правовые меры (30 %);
  • комбинированная модель с обязанностями интернет-платформ (15 %)[11].

Анализ показал, что в странах со специализированным законодательством эф­фективность судебного рассмотрения дел выше примерно на 37 %.

Для эффективного противодействия цифровому насилию в отношении жен­щин необходим комплекс мер, которая должна включать в себя:

  1. Разработку специализированных норм, учитывающих гендерный характер цифрового насилия.
  2. Унификацию международных стандартов и развитие трансграничного со­трудничества.
  3. Установление обязанностей интернет-платформ по оперативному удалению незаконного контента и сохранению цифровых доказательств.
  4. Создание специализированных подразделений правоохранительных орга­нов.
  5. Обеспечение бесплатной юридической и психологической помощи постра­давшим.
  6. Повышение уровня цифровой грамотности населения.

Заключение. Таким образом следует отметить, что цифровое насилие в отно­шении женщин является серьезной угрозой правам человека и демократическим ценностям. Несмотря на наличие правовых механизмов в Республике Казахстан, их эффективность ограничена из-за технологических и институциональных вызо­вов.

Необходима системная модернизация законодательства с учетом цифровой ре­альности и гендерной специфики насилия. Только комплексный подход, объе­ди­няющий усилия государства, международного сообщества, бизнеса и граж­дан­ского общества, способен обеспечить безопасное цифровое пространство и надёж­ную защиту прав женщин.

Список литературы

  1. Послание главы государства Касым-Жомарта Токаева народу Казахстана «Казахстан в эпоху искусственного интеллекта: актуальные задачи и их решения через цифровую трансформацию» от 8 сентября 2025 года // https://www.zakon.kz/politika/6490118-poslanie-prezidenta-narodu-kazakhstana—2025-polnyy-tekst.html.
  2. Использование новаторства, результатов технического прогресса и обра­зования в цифровую эпоху для достижения гендерного равенства и расширения прав и возможностей всех женщин и девочек // https://www.unwomen.org/sites/default/files/2023-.
  3. Совет Европы (2018) Комитет Конвенции о киберпреступности, Рабочая груп­па по кибербуллингу и другим формам онлайн-насилия, особенно в отно­шении женщин и детей (CBG), «Картографическое исследование кибернасилия» // https://rm.coe.int/t-cy-2017-10-cbg-study/16808b72da.
  4. Формирование идентичности и защита прав цифрового гражданина в цифровом обществе // https://cyberleninka.ru/article/n/formirovanie-identichnosti-i-zaschita-prav-tsifrovogo-grazhdanina-v-tsifrovom-obschestve.
  5. Исследовательский центр общественного мнения — Pew Research Center // https://www.pewresearch.org/.
  6. UN Women, 2023. Факты и цифры: искоренение насилия в отношении женщин // https://eca.unwomen.org/ru/stories/explainer/2023/12/fakty-i-cifry-iskorenenie-nasiliya-v-otnoshenii-zhenschin.
  7. Конституция Республики Казахстан Конституция принята на республикан­ском референдуме 30 августа 1995 года // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K950001000_.
  8. «Об административных правонарушениях» Кодекс Республики Казахстан от 5 июля 2014 года № 235-V ЗРК // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000235.
  9. «О масс-медиа» Закон Республики Казахстан от 19 июня 2024 года № 93-VIII ЗРК // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z2400000093.
  10. Медведев Д. А. Права человека в цифровом пространстве в эпоху развития цифровых технологий // Молодой ученый. — 2024. — № 16 (515). — С. 231-234.
  11. Правовой институт цифровой безопасности. Сравнительный анализ эф­фек­тивности законодательства о противодействии цифровому насилию в 20 юрис­дикциях. — М.: ПИЦБ, 2023.

References

  1. Poslaniye glavy gosudarstva Kasym-Zhomarta Tokayeva narodu Kazakhstana «Kazakhstan v epokhu iskusstvennogo intellekta: aktual’nyye zadachi i ikh resheniya cherez tsifrovuyu transformatsiyu» ot 8 sentyabrya 2025 goda // https://www.zakon.kz/politika/6490118-poslanie-prezidenta-narodu-kazakhstana—2025-polnyy-tekst.html.
  2. Ispol’zovanie novatorstva, rezul’tatov tekhnicheskogo progressa i obrazovaniya v cifrovuyu epohu dlya dostizheniya gendernogo ravenstva i rasshireniya prav i vozmozh­nos­tej vsekh zhenshchin i devochek // https://www.unwomen.org/sites/default/files/2023-.
  3. Sovet Evropy (2018) Komitet Konvencii o kiberprestupnosti, Rabochaya gruppa po kiberbullingu i drugim formam onlajn-nasiliya, osobenno v otnoshenii zhenshchin i detej (CBG), «Kartograficheskoe issledovanie kibernasiliya» // https://rm.coe.int/t-cy-2017-10-cbg-study/16808b72da.
  4. Formirovanie identichnosti i zashchita prav cifrovogo grazhdanina v cifrovom obshchestve // https://cyberleninka.ru/article/n/formirovanie-identichnosti-i-zaschita-prav-tsifrovogo-grazhdanina-v-tsifrovom-obschestve.
  5. Issledovatel’skij centr obshchestvennogo mneniya — Pew Research Center. // https://www.pewresearch.org/.
  6. UN Women, 2023. Fakty i cifry: iskorenenie nasiliya v otnoshenii zhenshchin // https://eca.unwomen.org/ru/stories/explainer/2023/12/fakty-i-cifry-iskorenenie-nasiliya-v-otnoshenii-zhenschin.
  7. Konstituciya Respubliki Kazahstan Konstituciya prinyata na respublikanskom referendume 30 avgusta 1995 goda // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K950001000_.
  8. «Ob administrativnyh pravonarusheniyah» Kodeks Respubliki Kazahstan ot 5 iyulya 2014 goda № 235-V ZRK // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000235.
  9. «O mass-media» Zakon Respubliki Kazahstan ot 19 iyunya 2024 goda № 93-VIII ZRK // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z2400000093.
  10. Medvedev D. A. Prava cheloveka v cifrovom prostranstve v epohu razvitiya cifrovyh tekhnologij // Molodoj uchenyj. — 2024. — № 16 (515). — S. 231-234.
  11. Pravovoj institut cifrovoj bezopasnosti. Sravnitel’nyj analiz effektivnosti zako­no­datel’stva o protivodejstvii cifrovomu nasiliyu v 20 yurisdikciyah. — M.: PICB, (2023)

МРНТИ 73.31.17

УДК 656.1.08

Аширбеков Марат Еркенович — Главный научный сотрудник Академии правоохранительных органов при Генеральной прокуратуре Республики Казах­стан (Республика Казахстан, г. Косшы)

ДИНАМИЧЕСКОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ СКОРОСТИ КАК ИНСТРУМЕНТ ПОВЫШЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ ДОРОЖНОГО ДВИЖЕНИЯ

Аннотация. В представленной автором статье проводится комплексное ис­следование концепции динамического регулирования скоростного режима, пози­цио­нируемого как одно из наиболее перспективных и технологичных направлений развития современных интеллектуальных транспортных систем. Автор осущест­в­ляет системный анализ природы дорожно-транспортного травматизма, рассма­три­вая его через призму многофакторного взаимодействия элементов в глобальной струк­туре «человек — транспортное средство — дорога — среда — управление». Особое внимание в работе уделено верификации научной модели Гёрана Нильс­сона, эмпирически подтверждающей существование прямой зависимости между колебаниями средней скорости транспортного потока и тяжестью последствий ава­рийных ситуаций. В статье представлен репрезентативный обзор передового международного опыта эксплуатации систем динамического ограничения скорос­ти в Германии, Ни­дерландах, Японии и США. На основе сопоставительного анали­за обоснована ак­туальность имплементации данных технологий в дорожную ин­фраструктуру Рес­публики Казахстан с учетом специфических климатических вы­зо­вов и нацио­наль­ных программ по цифровизации транспортной отрасли. В ка­честве практической значимости автором предложены конкретные векторы совер­шен­ствования нор­мативно-правовой базы, необходимые для легитимизации элек­тронных дорожных знаков и интеграции высокоточных цифровых карт скорост­ных ограничений в правовое поле государства.

Ключевые слова: безопасность, дорожное движение, ограничение, скорость, управление, дорожно-транспортное происшествие, инфраструктура, электронный, дорожный знак, система.

Әшірбеков Марат Еркінұлы — Қазақстан Республикасы Бас прокура­турасының жанындағы Құқық қорғау органдары академиясының бас ғылыми қызметкері (Қазақстан Республикасы, Қосшы қ.)

ЖОЛ ҚОЗҒАЛЫСЫ ҚАУІПСІЗДІГІН АРТТЫРУ ҚҰРАЛЫ РЕТІНДЕ ЖЫЛДАМДЫҚТЫ ДИНАМИКАЛЫҚ РЕТТЕУ

Түйін. Автор ұсынған мақалада қазіргі заманғы зияткерлік көлік жүйелерін дамытудың ең перспективалы әрі технологиялық бағыттарының бірі ретінде қарастырылатын жылдамдық режимін динамикалық реттеу тұжырымдамасына кешенді зерттеу жүргізіледі. Автор жол-көлік жарақаттануының табиғатына жүй­елі талдау жасап, оны «адам — көлік құралы — жол — орта — басқару» жаһандық құрылымындағы элементтердің көпфакторлы өзара іс-қимылы призмасы арқылы қарастырады. Жұмыста көлік ағынының орташа жылдамдығының ауытқуы мен апат­тық жағдайлар салдарының ауырлығы арасындағы тікелей тәуелділікті эмпи­рикалық түрде растайтын Гёран Нильссонның ғылыми моделін верификациялауға ерекше назар аударылған. Мақалада Германия, Нидерланды, Жапония және АҚШ-тағы жылдамдықты динамикалық шектеу жүйелерін пайдаланудың озық халық­ара­лық тәжірибесіне репрезентативті шолу жасалған. Салыстырмалы талдау негі­зін­де ерекше кли­мат­тық сын-қатерлер мен көлік саласын цифрландыру бойынша ұлт­тық бағдарла­ма­ларды ескере отырып, аталған технологияларды Қазақстан Рес­публикасының жол инфрақұрылымына имплементациялаудың өзектілігі негіз­дел­ген. Тәжірибелік ма­ңыздылық ретінде автор электрондық жол белгілерін заңдас­тыру және жылдам­дықты шектеудің жоғары дәлдіктегі цифрлық карталарын мем­лекеттің құқықтық өрісіне біріктіру үшін қажетті нормативтік-құқықтық базаны жетілдірудің нақты бағыттарын ұсынды.

Түйінді сөздер: қауіпсіздік, жол қозғалысы, шектеу, жылдамдық, басқару, жол-көлік оқиғасы, инфрақұрылым, электрондық, жол белгісі, жүйе.

Ashirbekov Marat Yerkenovich — chief researcher of the Academy of Law Enforcement Agencies under the General Prosecutor’s Office of the Republic of Kazakhstan (Republic of Kazakhstan, Kosshy)

DYNAMIC SPEED REGULATION AS A TOOL FOR INCREASING ROAD SAFETY

Annotation. This article presents a comprehensive study of the concept of dynamic speed regulation, positioned as one of the most promising and technologically advanced directions in the development of modern Intelligent Transport Systems. The author conducts a systemic analysis of the nature of road traffic injuries, examining them through the prism of multi-factor interaction between elements within the global «human — vehicle — road — environment — management» structure. Particular attention is paid to the verification of Göran Nilsson’s scientific model, which empirically confirms the direct correlation between fluctuations in average traffic flow speed and the severity of accident consequences.

The article provides a representative review of leading international practices in operating dynamic speed limit systems in Germany, the Netherlands, Japan, and the USA. Based on a comparative analysis, the paper justifies the relevance of implementing these technologies within the road infrastructure of the Republic of Kazakhstan, accounting for specific climatic challenges and national programs for transport sector digitalization. As a matter of practical significance, the author proposes specific directions for improving the legal and regulatory framework necessary to legitimize electronic road signs and integrate high-precision digital speed limit maps into the national legal framework.

Keywords: safety, road traffic, limit, speed, control, traffic accident, infrastructure, electronic, road sign, system.

 

Введение. Дорожно-транспортное происшествие (далее — ДТП) в научно-правовом смысле представляет собой событие, возникающее в процессе движения транспортных средств и влекущее причинение вреда жизни, здоровью людей либо имущественного ущерба. Указанное определение отражает правовую природу ДТП как результата нарушения установленных правил дорожного движения и функционирования транспортной системы[1].

С позиции современной научной доктрины ДТП следует рассматривать как результат взаимодействия элементов системы «человек — транспортное средство — дорога — среда — управление». Такой системный подход закреплён и в стра­те­гических документах Республики Казахстан, где безопасность дорожного дви­же­ния трактуется как элемент национальной безопасности и социально-эконо­ми­ческой устойчивости. Безопасность дорожного движения остаётся одной из наи­бо­лее значимых общественных проблем во многих странах мира. По данным меж­ду­на­родных организаций, превышение скорости является одним из ключевых фак­торов ДТП и оказывает непосредственное влияние на тяжесть их последствий[2].

Материалы и методы. В основу исследования положен анализ современных транспортных концепций и интеллектуальных систем управления. Методо­логи­ческую базу составили:

  1. Системный подход: рассмотрение дорожного движения как сложной технико-социальной системы.
  2. Компаративный анализ: изучение международного опыта (ЕС, Япония, США) в области адаптивного управления скоростным режимом.
  3. Математическое моделирование: использование модели Нильссона для оценки влияния скорости на статистику ДТП.
  4. Статистический метод: анализ данных о концентрации аварий на респуб­ликанских автомобильных дорогах Казахстана.

Научным фундаментом работы выступает модель шведского исследователя Гёрана Нильссона. Эта модель предполагает, что изменение средней скорости тран­спортного потока приводит к непропорциональному изменению числа ДТП[3].

Например: снижение средней скорости на 5 % приводит к снижению общего числа ДТП примерно на 10 %; тяжёлые аварии уменьшаются примерно на 15 %; количество смертельных ДТП может сократиться примерно на 20 %.

Иными словами, даже небольшое снижение скорости может существенно повысить уровень безопасности дорожного движения. Эти выводы подтверж­да­ются исследованиями Европейской комиссии и Международного транспортного форума при Организации экономического сотрудничества и развития (OECD). Согласно данным международных исследований, превышение скорости является фактором примерно 20-30 % смертельных ДТП[4]. Поэтому управление скоростью рас­сматривается как один из ключевых инструментов современной транспортной политики.

Традиционно регулирование скорости осуществляется посредством ста­ционарных дорожных знаков и установленных нормативных ограничений. Однако такая модель имеет очевидное ограничение: она не учитывает текущие условия движения — погодные изменения, состояние дорожного покрытия, интенсивность транспортного потока или проведение дорожных работ.

Развитие цифровых технологий и интеллектуальных транспортных систем позволило перейти к новой модели регулирования дорожного движения — дина­мическому управлению скоростью, при котором допустимый скоростной режим автоматически адаптируется к текущей дорожной ситуации[5].

Обсуждение и результаты. Сущность динамического ограничения ско­рости. Динамическое ограничение скорости представляет собой интеллектуаль­ную систему регулирования дорожного движения, при которой допустимая ско­рость транспортных средств определяется автоматически на основе анализа теку­щих условий движения.

В отличие от традиционной модели, основанной на постоянных дорожных знаках, динамическая система использует данные в режиме реального времени. Информация поступает из нескольких источников:

  • цифровых карт дорожной инфраструктуры;
  • метеорологических станций;
  • датчиков состояния дорожного покрытия;
  • систем мониторинга транспортного потока.

На основе этих данных система рассчитывает безопасную скорость движения на конкретном участке дороги. Принцип работы можно представить в простой форме:

Безопасная скорость = базовая скорость – снижение скорости из-за факторов риска

Например, если базовое ограничение скорости составляет 110 км/ч, система может автоматически снижать допустимую скорость при возникновении не­бла­гоприятных условий:

  • дождь — снижение на 10-20 км/ч;
  • снег — снижение на 30 км/ч;
  • гололед — снижение на 40-60 км/ч;
  • дорожные работы — снижение на 20-30 км/ч;
  • высокая плотность движения — снижение на 10-15 км/ч.

Таким образом формируется динамический скоростной лимит, который мо­жет изменяться в зависимости от дорожной ситуации. Полученная информация пе­ре­дается водителям через электронные дорожные табло или цифровые системы автомобиля. Современные автомобили могут использовать технологии Intelligent Speed Assistance (ISA), которые предупреждают водителя о превышении скорости и в некоторых режимах ограничивают ускорение автомобиля[6].

Международный опыт внедрения динамических ограничений скорости.

Динамическое регулирование скорости активно применяется во многих стра­нах Европы, Северной Америки и Азии. В государствах Европейского союза ин­теллектуальные системы управления скоростью стали важной частью транспорт­ной политики. С 2022 года во всех новых автомобилях, продаваемых на террито­рии ЕС, обязательна установка системы Intelligent Speed Assistance6.

В Германии динамические ограничения скорости используются на автома­ги­стралях, особенно вблизи тоннелей, мостов и участков с интенсивным движением. Электронные дорожные табло автоматически изменяют допустимую скорость в зависимости от дорожной ситуации. В Нидерландах системы Variable Speed Limits применяются для регулирования транспортных потоков на загруженных авто­ма­ги­ст­ралях. Они позволяют снизить вероятность столкновений и уменьшить об­разование заторов.

В Японии динамические ограничения активно используются в регионах с ин­тен­сивными снегопадами. Ограничение скорости автоматически корректируется на основе данных дорожных метеостанций. В США подобные системы приме­ня­ют­ся на автомагистралях ряда штатов. Они помогают регулировать поток тран­спор­та и снижать риск аварий5.

Международный опыт показывает, что динамическое регулирование скорости способствует:

  • снижению средней скорости транспортного потока на 5-8 км/ч;
  • уменьшению числа серьёзных ДТП;
  • более равномерному движению транспорта.

Актуальность внедрения динамических ограничений скорости в Казах­стане.

Для Республики Казахстан проблема превышения скорости остается одной из наиболее значимых причин ДТП. Особенности географии и климата страны создают дополнительные риски для дорожного движения. К числу таких факторов относятся:

  • резко континентальный климат;
  • значительные расстояния между населенными пунктами;
  • высокая протяжённость скоростных междугородних трасс;
  • быстрые изменения погодных условий.

Анализ статистики ДТП[7] выявил конкретные участки дорог с повышенной кон­центрацией аварий, где внедрение динамических систем наиболее приори­тет­но:

  • автодорога «Алматы-Хоргос» (несколько участков);
  • автодорога «Астана-Щучинск» (несколько участков);
  • автодорога «Алматы-Екатеринбург», участки «Астана-Темиртау» и «Кара­ганда-Балхаш»;
  • участки транспортного коридора «Западная Европа-Западный Китай».

Для таких сегментов характерны высокая скорость движения, интенсивный транспортный поток и сложные погодные условия. В этих условиях динамическое регулирование скорости может стать эффективным инструментом повышения безопасности дорожного движения.

Цифровизация в сфере дорожного движения и правовое регулирование динамических ограничений скорости.

Важным шагом цифровизации стал меморандум между Главной транспортной прокуратурой и агрегаторами (Яндекс Go, inDrive)[8], предусматривающий балль­ную систему ответственности водителей и интеграцию баз данных. Однако для полноценного эффекта требуется переход от точечных мер к системному динами­ческому управлению.

В настоящее время регулирование скоростного режима в Республике Казах­стан осуществляется на основе Закона «О дорожном движении» и Правил дорож­ного движения[9]. Действующее законодательство предусматривает фиксированные ограничения скорости, устанавливаемые дорожными знаками.

Однако нормативная база пока не содержит комплексного регулирования:

  • динамических скоростных ограничений;
  • электронных дорожных знаков переменной информации;
  • интеграции транспортных средств и дорожной инфраструктуры.

Таким образом, обсуждение результатов подчеркивает необходимость разви­тия правового регулирования в трех направлениях:

  1. Закрепление правового статуса электронных дорожных знаков.
  2. Создание национальной цифровой карты скоростных ограничений для навигационных систем.
  3. Определение статуса интеллектуальных транспортных систем как активно­го элемента инфраструктуры, взаимодействующего с автомобилем в режиме ре­аль­ного времени.

Заключение. Развитие интеллектуальных транспортных систем открывает но­вые возможности для повышения безопасности дорожного движения. Динами­ческое регулирование скорости позволяет адаптировать скоростной режим к теку­щим условиям движения и тем самым снижать риск ДТП.

Для Республики Казахстан внедрение динамических ограничений скорости мо­жет стать важным элементом модернизации дорожной инфраструктуры. В ши­роком смысле речь идёт о переходе к цифровой транспортной системе, где дорога ста­новится активным элементом, помогающим предотвращать аварийные ситуа­ции и минимизировать ДТП со смертельными исходами.

Список литературы

  1. Байжанов У. С. Сәтті сапар! Актуальные вопросы безопасности дорожного движения. — Астана, 2017.
  2. Global status report on road safety. — Geneva: World Health Organization, 2023. — 304 p.
  3. Nilsson G. Traffic Safety Dimensions and the Power Model to Describe the Relation between Speed and Safety. PhD Thesis // Lund Institute of Technology Bulletin. — 2004. — № 221. — 156 p.
  4. Speed Management: A Road Safety Manual for Decision-makers and Practitioners: 2nd ed. — Geneva: Global Road Safety Partnership, 2023. — 212 p.
  5. Intelligent Transport Systems (ITS) and Road Safety. — Paris: OECD/ITF, 2024. — 145 p.
  6. Regulation (EU) 2019/2144 of the European Parliament and of the Council on type-approval requirements for motor vehicles and their trailers, and systems, components and separate technical units intended for such vehicles, as regards their general safety and the protection of vehicle occupants and vulnerable road users. — Brussels: European Commission, 2019.
  7. О состоянии дорожной безопасности на республиканских трассах: отчет АО «НК «КазАвтоЖол» за 2024-2025 гг. — Астана, 2025.
  8. Меморандум о сотрудничестве по вопросам обеспечения безопасности дорожного движения при осуществлении перевозок пассажиров и багажа (подписан Главной транспортной прокуратурой и компаниями «Яндекс Go» и «inDrive» 14 ноября 2024 г.). — Астана, 2024.
  9. Закон Республики Казахстан «О дорожном движении» от 17 апреля 2014 года № 194-V (с изменениями и дополнениями по состоянию на 01.01.2026 г.) // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z1400000194

References

  1. Baizhanov U. S. Satti sapar! Aktualnye voprosy bezopasnosti dorozhnogo dvizheniya. — Astana, 2017.
  2. Global status report on road safety. — Geneva: World Health Organization, 2023. — 304 p.
  3. Nilsson G. Traffic Safety Dimensions and the Power Model to Describe the Relation between Speed and Safety. PhD Thesis // Lund Institute of Technology Bulletin. — 2004. — № 221. — 156 p.
  4. Speed Management: A Road Safety Manual for Decision-makers and Practitioners: 2nd ed. — Geneva: Global Road Safety Partnership, 2023. — 212 p.
  5. Intelligent Transport Systems (ITS) and Road Safety. — Paris: OECD/ITF, 2024. — 145 p.
  6. Regulation (EU) 2019/2144 of the European Parliament and of the Council on type-approval requirements for motor vehicles and their trailers, and systems, components and separate technical units intended for such vehicles, as regards their general safety and the protection of vehicle occupants and vulnerable road users. — Brussels: European Commission, 2019.
  7. O sostoyanii dorozhnoi bezopasnosti na respublikanskikh trassakh: otchet AO «NK «KazAvtoZhol» za 2024-2025 gg. (On the state of road safety on republican highways: report of JSC «NC «KazAutoZhol»» for 2024-2025). — Astana, 2025.
  8. Memorandum o sotrudnichestve po voprosam obespecheniya bezopasnosti dorozhnogo dvizheniya pri osushchestvlenii perevozok passazhirov i bagazha (signed by the Chief Transport Prosecutor’s Office and «Yandex Go» and «inDrive» companies on November 14, 2024). — Astana, 2024.
  9. Zakon Respubliki Kazakhstan «O dorozhnom dvizhenii» ot 17 aprelya 2014 goda No. 194-V (s izmeneniyami i dopolneniyami po sostoyaniyu na 01.01.2026 g.) // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z1400000194.

МРНТИ 10.77.51

УДК 343.541

Галым Фаиз Галымович — профессор кафедры уголовного процесса и криминалистики Актюбинского юридического института МВД РК им. М. Бу­кен­баева, кандидат юридических наук, ассоциированный профессор (доцент) (Республика Казахстан, г. Актобе);

Мусагали Кыдыргали Бисенгалиевич — магистрант 2 курса Актюбинского юридического института МВД РК им. М. Букенбаева, старший лейтенант юстиции (Республика Казахстан, г. Актобе)

ПРОБЛЕМЫ ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ЗА НЕНАСИЛЬСТВЕННЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПОЛОВОЙ
НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ЛИЧНОСТИ

Аннотация. В статье исследуются проблемы уголовно-правового регулиро­ва­ния и дифференциации уголовной ответственности несовершеннолетних за не­на­сильственные преступления против половой неприкосновенности личности. Ак­туальность исследования обусловлена необходимостью совершенствования уго­лов­но-правового регулирования в сфере защиты половой неприкосновенности не­со­вершеннолетних и обеспечения баланса между охранительной функцией уго­лов­ного закона и принципом справедливости при привлечении к ответственности лиц, не достигших полной социальной зрелости. Особое значение приобретает ана­лиз статьи 122 УК РК, устанавливающей уголовную ответственность за пося­га­тельства на половую неприкосновенность несовершеннолетних, не связанные с насилием. Несмотря на высокую социальную значимость данной нормы, ее при­ме­нение выявляет ряд проблем, связанных с недостаточной дифференциацией от­вет­ственности в случаях ненасильственного характера деяний, совершенных несо­вершеннолетними. Так, основная проблема заключается в отсутствии в уголовном законодательстве Республики Казахстан четкого механизма разграничения уго­лов­ной ответственности несовершеннолетних в зависимости от характера и сте­пе­ни общественной опасности ненасильственных посягательств на половую непри­кос­новенность. Выявленные в рамках настоящего исследования проблемы диффе­рен­циации уголовной ответственности несовершеннолетних за ненасильственные преступления против половой неприкосновенности личности обусловливают не­об­хо­димость выработки комплексных законодательных и правоприменительных решений. Наиболее верным решением в данном случае будет введение специаль­ных условий, исключающих уголовную ответственность в определенных кате­го­риях случаев. В этой связи в научной статье приводится авторская редакция статьи 122 УК РК.

Ключевые слова: половое сношение, половая неприкосновенность, действия сексуального характера, половые преступления, сексуальная норма, половая свобода, несовершеннолетний, учащийся, половое воспитание, возраст уголовной ответственности.

Галым Фаиз Галымович — Қазақстан Республикасы ІІМ М. Бөкенбаев атын­дағы Ақтөбе заң институтының қылмыстық іс жүргізу және крими­на­листика кафедрасының профессоры, заң ғылымдарының кандидаты, қауымдас­ты­рылған профессор (доцент) (Қазақстан Республикасы, Ақтөбе қ.);

Мусагали Кыдыргали Бисенгалиевич — Қазақстан Республикасы ІІМ М. Бө­кенбаев атындағы Ақтөбе заң институтының 2-ші курс магистранты, әділет аға лейтенанты (Қазақстан Республикасы, Ақтөбе қ.)

ЖЕКЕ АДАМНЫҢ ЖЫНЫСТЫҚ ТИІСПЕУШІЛІГІНЕ ҚАРСЫ ЗОРЛЫҚ-ЗОМБЫЛЫҚСЫЗ ҚЫЛМЫСТАР ҮШІН КӘМЕЛЕТКЕ ЖЕТКІЗУШІЛІКТІ ДИФФЕРЕНЦИЯЛАУ МӘСЕЛЕЛЕРІ

Түйін. Бұл мақалада кәмелетке толмағандардың жыныстық тиіспеушілігіне қарсы зорлық-зомбылықсыз қылмыстар үшін қылмыстық жауапкершілікті қыл­мыстық реттеу және саралау мәселелері қарастырылады. Бұл зерттеудің өзектілігі кәмелетке толмағандардың жыныстық тұтастығын қорғау саласындағы қылмыс­тық реттеуді жетілдіру және әлі толық әлеуметтік жетілмеген адамдарды қудалау кезінде қылмыстық заңның қорғау функциясы мен әділдік қағидаты арасындағы тепе-теңдікті қамтамасыз ету қажеттілігінен туындайды. Ерекше маңыздысы — кәмелетке толмағандардың жыныстық тұтастығына зорлық-зомбылықсыз шабу­ыл­дар үшін қылмыстық жауапкершілікті белгілейтін Қазақстан Республикасы Қылмыстық кодексінің 122-бабын талдау. Бұл ереженің жоғары әлеуметтік ма­ңыз­дылығына қарамастан, оны қолдану кәмелетке толмағандар жасаған зорлық-зом­бы­лықсыз әрекеттер істерінде жауапкершілікті жеткіліксіз саралаумен байла­ныс­ты бірқатар мәселелерді анықтайды. Осылайша, негізгі мәселе Қазақстан Рес­пуб­ликасының қылмыстық заңнамасында жыныстық тұтастығына зорлық-зомбылық­сыз шабуылдардың қоғамдық қауіптілік сипаты мен дәрежесіне байланысты кә­мелетке толмағандардың қылмыстық жауапкершілігін шектеудің нақты тетігінің болмауында. Бұл зерттеуде кәмелетке толмағандардың жыныстық тұтастығына қарсы зорлық-зомбылықсыз қылмыстар үшін қылмыстық жауапкершілігін саралау бойынша анықталған мәселелер кешенді заңнамалық және құқық қорғау шешім­де­рін әзірлеуді қажет етеді. Бұл жағдайда жалғыз дұрыс шешім белгілі бір са­наттағы істер бойынша қылмыстық жауапкершілікті болдырмайтын арнайы шарт­тарды енгізу болар еді. Осыған байланысты, бұл зерттеу мақаласында Қазақстан Республикасы Қылмыстық кодексінің 122-бабының авторлық нұсқасы ұсынылған.

Түйінді сөздер: жыныстық қатынас, жыныстық тиіспеушілік, жыныстық әрекеттер, жыныстық қылмыстар, жыныстық нормалар, жыныстық бостандық, кәмелетке толмаған, студент, жыныстық тәрбие, қылмыстық жауапкершілік жасы.

Galym Faiz Galymovich — professor of the department of criminal procedure and forensic science of the Aktobe Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of the Republic of Kazakhstan named after M. Bukenbaev, candidate of legal sciences, Associate Professor (Republic of Kazakhstan, Aktobe);

Musagali Kydyrgali Bisengalievich — second-year master’s student of the Aktobe Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of the Republic of Kazakhstan named after M. Bukenbaev, senior lieutenant of justice (Republic of Kazakhstan, Aktobe)

PROBLEMS OF DIFFERENTIATION OF CRIMINAL LIABILITY OF MINORS FOR NON-VIOLENT CRIMES AGAINST SEXUAL INVIOLABILITY OF THE PERSON

Annotation. This article examines the issues of criminal regulation and differen­tiation of criminal liability of minors for non-violent crimes against sexual integrity. The relevance of the study is determined by the need to improve criminal regulation in the area of protecting the sexual integrity of minors and to ensure a balance between the protective function of criminal law and the principle of fairness in bringing to justice individuals who have not attained full social maturity. Of particular importance is the analysis of Article 122 of the Criminal Code of the Republic of Kazakhstan, which establishes criminal liability for non-violent attacks on the sexual integrity of minors. Despite the high social significance of this provision, its application reveals a number of problems associated with insufficient differentiation of liability in cases of non-violent acts committed by minors. Thus, the main problem lies in the absence in the criminal legislation of the Republic of Kazakhstan of a clear mechanism for delineating the criminal liability of minors depending on the nature and degree of public danger of non-violent attacks on sexual integrity. The problems identified in this study regarding the differentiation of criminal liability of minors for non-violent crimes against sexual integrity necessitate the development of comprehensive legislative and law enforcement solutions. The only appropriate solution in this case would be the introduction of special conditions precluding criminal liability in certain categories of cases. In this regard, this research article presents the author’s version of Article 122 of the Criminal Code of the Republic of Kazakhstan.

Keywords: sexual intercourse, sexual inviolability, sexual acts, sexual crimes, sexual norms, sexual freedom, minor, student, sex education, age of criminal responsibility.

 

Введение. Проблема подростковой преступности в Республике Казахстан на современном этапе приобретает устойчивый и во многом тревожный характер, что обусловливает активное вовлечение несовершеннолетних в сферу уголовно-право­вого воздействия. Привлечение лиц, не достигших восемнадцатилетнего возраста, к уголовной ответственности в целом носит объективно обусловленный характер и продиктовано необходимостью обеспечения общественной безопасности и пре­дупреждения правонарушений.

Это подтверждается и структурными характеристиками преступности несо­вер­шен­нолетних. Так, в структуре преступности несовершеннолетних доля тяж­ких и особо тяжких преступлений составляет около 80 % от числа совершенных не­совершеннолетними. Каждый второй подросток, попавший в поле зрения право­ох­ранительных органов, совершает общественно опасные деяния повторно. Уве­ли­чивается количество преступлений, совершенных несовершеннолетними в сос­таве устойчивых преступных групп[1].

Вместе с тем в системе подростковой преступности особое место занимают де­яния, не обладающие высокой степенью общественной опасности, однако под­падающие под действие уголовного закона в силу его формально-юридической кон­струкции. К числу таких деяний, в частности, относятся уголовные право­на­рушения, предусмотренные статьей 122 УК РК, что обусловливает необходимость их самостоятельного научного осмысления и выработки дифференцированного под­хода к уголовной ответственности несовершеннолетних.

Материалы и методы. В качестве эмпирической базы исследования ис­поль­зованы материалы, полученные в результате социологического опроса жителей Ак­тюбинской области, статистические отчеты КПСиСУ Генеральной проку­ра­туры РК за период с 2021 года по 2025 год, материалы следственной практики, ре­зультаты анализа нормативных постановлений Пленума Верховного Суда РК, а также отечественные и зарубежные научные труды в области права, социологии, психологии, психиатрии, судебной медицины, сексологии, религиоведения, исто­рии и т. д.

Обсуждение и результаты. Проблема дифференциации уголовной ответст­вен­ности несовершеннолетних в сфере ненасильственных преступлений против половой неприкосновенности личности в современной уголовно-правовой системе Республики Казахстан носит системный и комплексный характер. Ее актуальность обусловлена тем, что действующее законодательство, несмотря на высокий уро­вень охранительной направленности, не учитывает особенности возрастной, пси­хо­социальной и поведенческой специфики несовершеннолетних субъектов, вов­ле­ченных в добровольные сексуальные отношения в подростковой и студенческой среде. В результате возникает ситуация, при которой уголовно-правовая оценка поведения несовершеннолетних приобретает чрезмерно формализованный харак­тер, не всегда соответствующий реальной степени общественной опасности соде­ян­ного.

Ключевое значение в данном контексте имеет статья 122 УК РК, которая и за­крепляет уголовную ответственность за ненасильственные посягательства на по­ловую неприкосновенность лиц, заведомо не достигших возраста шестнадцати лет. Данная правовая норма служит надежной защитой половой неприкосновенности несовершеннолетних от преступных посягательств, и направлена на обеспечение мак­симально повышенного уровня защиты прав несовершеннолетних, как наи­бо­лее уязвимой категории лиц. Вместе с тем, ее конструкция строится преиму­ще­ст­венно на формально-юридическом подходе, при котором решающее значение име­ет только факт совершения преступного деяния, тогда как сам контекст событий, возрастные особенности участников полового сношения, характер их взаимо­действия практически не учитываются.

В результате такого подхода, на наш взгляд, возникает ряд проблем, связан­ных с недостаточной дифференциацией уголовной ответственности за деяние, предусмотренное частью 1 статьи 122 УК РК. И, прежде всего, стоит отметить отсутствие в уголовном законе четких критериев, позволяющих разграничить слу­чаи, обладающие высокой степенью общественной опасности, например, когда на­блюдается значительная разница в возрасте, и ситуации, где половое сношение про­изошло между подростками в результате романтических отношений.

При этом следует пояснить, что у авторов абсолютно не возникает никаких вопросов, когда субъектом преступления, предусмотренного частью 1 статьи 122 УК РК, является совершеннолетнее лицо, либо когда данное деяние было совер­шено путем мужеложства, лесбиянства либо иных действий сексуального харак­тера. В свою очередь, к проблемным вопросам авторы относят те ситуации, когда половое сношение произошло между несовершеннолетними лицами по взаимному согласию вследствие романтических отношений, присущих подростковой сексу­альности.

Ни для кого не является секретом, что подростки в пятнадцатилетнем возрасте уже могут являться студентами колледжей и училищ, где ощущают некоторую взрослость и свободу от родительской опеки. Именно с этим возрастным периодом можно связать влюбленность и повышенное половое влечение к противополож­ному полу, что в некоторых случаях заканчивается ранней беременностью, кото­рая и становится тем фактором, когда один из влюбленных подростков становится субъектом уголовного правонарушения. То есть, необходимо учитывать, что по­доб­ные сексуальные отношения в большинстве случаев предаются огласке в ре­зультате гинекологического осмотра либо в результате наступления беременности.

Так, в Казахстане ежегодно регистрируется в среднем 307 уголовных право­нарушений, предусмотренных статьей 122 УК РК, при этом наибольшее коли­чество (340 фактов) было зарегистрировано в 2021 году, а наименьшее количество (284 факта) — в 2022 году[2].

В свою очередь, в соответствии с положениями статьи 15 Общей части УК РК за совершение уголовного правонарушения, предусмотренного статьей 122 УК РК, уголовной ответственности подлежит любое вменяемое физическое лицо, достиг­шее к моменту его совершения шестнадцатилетнего возраста[3]. Вместе с тем приве­денные статистические данные свидетельствуют о том, что 30 % лиц, ежегодно привлекаемых к уголовной ответственности по статье 122 УК РК, составляют несовершеннолетние, причем все они находятся в возрастном диапазоне от 16 до 17 лет, наибольшая часть из которых являются студентами колледжей (см. таблицу 1).2

Таблица № 1

Сведения о зарегистрированных уголовных правонарушениях, предусмотренных статьей 122 УК РК2

  Наименование 2021 2022 2023 2024 2025
1 2 3 4 5 6 7
1 Зарегистрировано в ЕРДР 340 284 310 309 289
2 Совершено в семейно-бытовой сфере 5 0 8 2 0
3 Количество оконченных УД 279 227 217 284 221
4 Направлено в суд УД 228 180 179 242 196
5 В отношении несовершеннолетних 340 284 308 309 288
6 В отношении женщин 337 278 305 305 284
7 В отношении учащихся, в т. ч.: 220 167 203 216 178
8 — школ/гимназий/лицеев 145 130 136 161 134
9 — колледжей 74 36 64 52 42
10 В отношении лиц, в возрасте до 13 лет 17 24 31 42 18
11 В отношении лиц от 14 до 15 лет 303 250 263 251 259
12 Количество лиц, совершивших преступление, в т. ч.: 276 223 204 239 200
13 — несовершеннолетние 84 62 64 63 51
14 — в возрасте от 14 до 15 лет 2 1 0 0 1
15 — в возрасте от 16 до 17 лет 82 62 64 63 50
16 Совершено учащимися, в т. ч.: 48 47 31 63 51
17 — школ/гимназий/лицеев 7 8 5 13 10
18 — колледжей 40 37 23 43 37
19 — вузов 1 2 3 7 4

Таким образом, актуальность научного исследования обусловлена, прежде все­го, необходимостью поиска баланса между защитой несовершеннолетних и не­допущением чрезмерной криминализации подросткового сексуального поведения.

К слову, в зарубежной уголовно-правовой доктрине и законодательстве анало­гич­ная проблема решается посредством закрепления специальных исключений. Например, в ряде штатов Америки данные исключения названы Законом «Ромео и Джульетты», что является отсылкой к известной одноименной пьесе Уильяма Шекспира, где описывается трагическая история любви шестнадцатилетнего Ро­мео и четырнадцатилетней Джульетты.

Данный закон действует в 26 штатах Америки и предусматривает освобож­дение от уголовной ответственности за интимную связь по взаимному согласию с небольшой разницей в возрасте, как правило, это разница в 2-4 года. Следует от­ме­тить, что данный закон распространяется и на совершеннолетних взрослых лю­дей, вступивших в интимную связь с несовершеннолетним. Вместе с тем сущест­вует оговорка нижнего возрастного предела. Так, например, в ряде штатов закон «Ромео и Джульетты» действует при условии, что несовершеннолетнему не долж­но быть меньше четырнадцати лет[4].

Таким образом, закон «Ромео и Джульетты» закрепляет принцип, согласно ко­то­рому система правосудия обязана проводить дифференциацию уголовной ответ­ственности, обеспечивая тем самым справедливость и защищая тех, чьим единст­вен­ным преступлением является разница в возрасте с лицом, не достигшим воз­рас­та полового согласия. Так, в случае если интимная связь подпадает под дейст­вие закона, то возникшие обвинения могут быть смягчены либо полностью сняты[5].

Следует отметить, что в январе-феврале 2026 года авторами был организован и проведен социологический опрос жителей Актюбинской области, с целью выяв­ле­ния общественного восприятия проблем профилактики насильственных поло­вых преступлений, а также уголовно-правовой оценки добровольных отношений между несовершеннолетними. В качестве метода сбора эмпирических данных ис­пользовалось анкетирование. Сама анкета включала закрытые и полузакрытые воп­росы. Выборка исследования носила характер целенаправленной стратифи­ци­рованной выборки, обеспечивающей распределение респондентов по полу, возрас­ту и уровню образования. Общий объем выборки составил 200 респондентов, в т. ч. мужчины — 95 человек или 47,5 %, женщины — 105 человек или 52,5 %, что является достаточным для выявления устойчивых тенденций общественного мне­ния в рамках регионального исследования. Наиболее активными участниками оп­ро­са оказались респонденты в возрастных категориях 25-34 лет — 45,5 %, 35-44 лет — 26,5 %, и 44-54 лет — 13 %, преимущественно проживающие в областном центре (80,5 %), имеющие высшее и послевузовское образование (66 %), а также, в большинстве своем, имеющие на воспитании несовершеннолетних детей (73 %).

Среди вопросов анкеты присутствовали вопросы касательно такого уголов­ного правонарушения, как половое сношение или иные действия сексуального ха­рак­тера с лицом, заведомо не достигшим шестнадцатилетнего возраста (ст. 122 УК). Так, на вопрос «как оцениваете привлечение к уголовной ответственности под­ростков в возрасте до восемнадцати лет за добровольные сексуальные отно­ше­ния с лицами, достигшими пятнадцатилетнего возраста, при отсутствии насилия, по­нуждения и зависимости»: «скорее оправдано» ответило 8 человек (муж. — 0 чел. или 0 %; жен. — 8 чел. или 7,6 %); «скорее не оправдано» ответило 57 человек (муж. — 15 чел. или 15,8 %; жен. — 42 чел. или 40 %); «не оправдано» ответило 112 человек (муж. — 78 чел. или 82,1 %; жен. — 34 чел. или 32,4 %), и затруд­ни­лись с выбором ответа 23 человека (муж. — 2 чел. или 2,1 %; жен. — 21 чел. или 20 %). При этом, на вопрос «поддержали бы снижение возраста половой свободы до пятнадцати лет при сохранении уголовной ответственности только за насилие, понуждение, использование зависимости, а также в отношении совершеннолетних лиц»: «полностью поддерживаю» ответило 112 человек (муж. — 78 чел. или 82,1 %; жен. — 34 чел. или 32,4 %); «скорее поддерживаю» ответило 57 человек (муж. — 15 чел. или 15,8 %; жен. — 42 чел. или 40 %); «скорее не поддерживаю» ответило 8 человек (муж. — 0 чел. или 0 %; жен. — 8 чел. или 7,6 %), и затруд­ни­лись с выбором ответа 23 человека (муж. — 2 чел. или 2,1 %; жен. — 21 чел. или 20 %).

Таким образом, результаты социологического исследования позволяют сде­лать более глубокий вывод о трансформации общественного восприятия уголовно-правовой охраны половой неприкосновенности несовершеннолетних. В целом фик­си­руется устойчивое смещение общественных установок от формально-охра­нитель­ной модели, основанной исключительно на возрастном критерии, к более дифферен­ци­рованному подходу, в котором ключевое значение придается, в пер­вую очередь, факторам добровольности, отсутствия насилия, принуждения и экс­плу­атационной зависимости. Особенно важным здесь является то, что отрицание необходимости уго­ловной ответственности в случаях добровольных отношений сек­суального ха­рак­тера между несовершеннолетними абсолютно не носит марги­нального харак­тера, а отражает позицию социально активной институционально включенной части населения, значительная доля которой напрямую связана с вос­питанием собствен­ных детей. В свою очередь это позволяет интерпретировать вы­яв­ленные мнения не как абстрактные либеральные взгляды, оторванные от реаль­ности, но как резуль­тат практического осмысления жизненных ситуаций и потен­циальных послед­ст­вий уголовно-правового вмешательства в сферу подростковой сексуальности.

Так, поддержка идеи снижения возраста половой свободы в отдельных слу­ча­ях сопровождается акцентом не на декриминализации деяния как такового, а на сох­ранении уголовно-правового контроля в отношении насилия и злоупо­треб­ления зависимостью. Это свидетельствует о стремлении респондентов не к устра­не­нию правовой защиты несовершеннолетних, а к ее более точной настройке, ис­клю­чающей из сферы уголовного преследования ситуации, не обладающие вы­сокой степенью общественной опасности.

В этой связи, учитывая результаты проведенного исследования, а также резу­ль­таты социологического опроса, нами предлагается дополнить существующее примечание к статье 122 УК РК, изложив его в следующей редакции:

Примечание.

  1. Лицо, не достигшее восемнадцатилетнего возраста, освобождается от уголовной ответственности за половое сношение, предусмотренное частью первой настоящей статьи (за исключением мужеложства, лесбиянства и иных действий сексуального характера), если оно совершено в отношении лица, дос­тигшего пятнадцатилетнего возраста, и если в его действиях не содержится состава иного преступления.
  2. В настоящей статье и статьях 134, 308 и 309 настоящего Кодекса под иными услугами сексуального характера понимается совершение с целью полу­чения дохода или выгод имущественного характера действий, направленных на удовлетворение половой потребности (страсти) другого лица, в том числе дис­танционно в режиме реального времени посредством сетей телекоммуникаций, в том числе Интернета.

Заключение. Таким образом, полученные в ходе исследования данные поз­во­ляют говорить о формировании в общественном сознании запроса на модерниза­цию статьи 122 УК РК в направлении ее большей соразмерности и индивиду­а­ли­за­ции. Так, на наш взгляд, действующая модель воспринимается как чрезмерно унифицированная, не учитывающая возрастную близость несовершеннолетних и характер фактических отношений между ними.

В этой связи, безусловного внимания заслуживают вопросы формирования бо­лее гибкой модели уголовно-правовой политики в отношении несовершен­но­летних. Данная модель должна основываться на принципе минимальной доста­точ­ности уголовного вмешательства и приоритете мер воспитательного и профилак­ти­ческого характера. В свою очередь уголовная ответственность должна приме­няться лишь в тех случаях, когда иные меры воздействия объективно не способны обеспечить защиту общественных интересов.

Авторы уверены, что реализация предложенных мер позволит повысить уро­вень справедливости уголовно-правового регулирования, обеспечить более точ­ную дифференциацию ответственности несовершеннолетних и снизить риски чрез­мерной криминализации их поведения при сохранении высокого уровня за­щиты половой неприкосновенности личности.

Список литературы

  1. Сулейманова Г. Ж., и др. Криминологическая характеристика преступности несовершеннолетних: причины, условия и личность преступника // Мир закона. – 2020. — №№ 11-12 (223-224) // https://mir-zakona.kz/2020-2/№11-12-223-224-2020/#i-4 (дата обращения: 03.01.2026 г.)
  2. Правовая статистика по зарегистрированным уголовным правонарушениям за 2021-2025 гг. // https://qamqor.gov.kz/crimestat/indicators (дата обращения: 05.01.2026 г.)
  3. Уголовный кодекс Республики Казахстан от 3 июля 2014 года № 226-V // ИС «Параграф»: https://prg.kz/document/?doc_id=31575252 (дата обращения: 05.01.2026 г.)
  4. What Is the Romeo and Juliet Law // https://constitutionus.com/law/what-is-the-romeo-and-juliet-law/ (дата обращения: 08.01.2026 г.)
  5. Romeo and Juliet Law // https://www.romeo-julietlaw.com/ (дата обращения: 08.01.2026 г.)

References

  1. Suleymanova G. ZH., i dr. Kriminologicheskaya kharakteristika prestupnosti nesovershennoletnikh: prichiny, usloviya i lichnost’ prestupnika // Mir zakona. – 2020. — №№ 11-12 (223-224) // https://mir-zakona.kz/2020-2/№11-12-223-224-2020/#i-4 (data obrashcheniya: 03.01.2026 g.)
  2. Pravovaya statistika po zaregistrirovannym ugolovnym pravonarusheniyam za 2021-2025 gg. // https://qamqor.gov.kz/crimestat/indicators (data obrashcheniya: 05.01.2026 g.)
  3. Ugolovnyy kodeks Respubliki Kazakhstan ot 3 iyulya 2014 goda № 226-V // IS «Paragraf»: https://prg.kz/document/?doc_id=31575252 (data obrashcheniya: 05.01.2026 г.)
  4. What Is the Romeo and Juliet Law // https://constitutionus.com/law/what-is-the-romeo-and-juliet-law/ (data obrashcheniya: 08.01.2026 г.)
  5. Romeo and Juliet Law // https://www.romeo-julietlaw.com/ (data obrashcheniya: 08.01.2026 г.)

МРНТИ 10.81.71

УДК 343.9

Жанисбаев Ролан Русланович — магистрант Академии правоохранительных органов при Генеральной прокуратуре Республики Казахстан, военный прокурор Актюбинского гарнизона (Республика Казахстан, г. Астана)

ПРОФИЛАКТИКА НЕУСТАВНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ: АСПЕКТЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ И ПУТИ ИХ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ

Аннотация. Проводимое автором статьи исследование посвящено неустав­ным взаимоотношениям в армии Республики Казахстан, которые представляют со­бой серьезную проблему, подрывающую воинскую дисциплину и приводящую к уголовным преступлениям. Несмотря на прогресс, неуставные взаимоотношения все еще сохраняются, отрицательно влияя на морально-психологическое состоя­ние войск.

В данной статье автор анализирует правоприменительные аспекты профилак­тики неуставных взаимоотношений в Вооруженных Силах Республики Казахстан. Рассматриваются: нормативная база, статистика, зарубежный опыт, проблемы и пу­ти совершенствования мер. Актуальность обусловлена снижением случаев не­уставных взаимоотношений, но сохраняющимися рисками для дисциплины и без­опасности. Предлагаются меры по усилению психологической работы, повыше­нию ответственности командиров и внедрению превентивного мониторинга для по­вышения дисциплины и боеготовности, а также минимизации рисков деструк­тивных явлений в воинских коллективах.

Предложенные меры позволят оптимизировать правоприменительную прак­ти­ку, улучшить профилактику неуставных взаимоотношений и снизить их уровень в вооружённых силах.

Ключевые слова: неуставные взаимоотношения, дедовщина, профилактика, Вооруженные Силы, Республика Казахстан, Уголовный кодекс, закон, устав, дис­циплина, армия.

Жанисбаев Ролан Русланұлы — Қазақстан Республикасы Бас прокурату­расының жанындағы Құқық қорғау органдары академиясының магистранты, Ақтөбе гарнизонының әскери прокуроры (Қазақстан Республикасы, Астана қ.)

ЖАРҒЫЛЫҚ ЕМЕС ҚАТЫНАСТАРДЫҢ АЛДЫН АЛУ: ҚҰҚЫҚ ҚОЛДАНУ АСПЕКТІЛЕРІ ЖӘНЕ ОЛАРДЫ ЖЕТІЛДІРУ ЖОЛДАРЫ

Түйін. Мақала авторы жүргізген зерттеу әскери тәртіпті бұзатын және қыл­мыстық құқық бұзушылықтарға әкеп соқтыратын күрделі проблема болып табы­латын Қазақстан Республикасының армиясындағы жарғылық емес қатынастарға арналған. Прогреске қарамастан, жарғылық емес қатынастар әлі де жалғасуда, бұл әскерлердің моральдық-психологиялық жағдайына теріс әсер етеді.

Бұл мақалада автор Қазақстан Республикасының Қарулы Күштеріндегі жар­ғы­лық емес қатынастардың алдын алудың құқық қолдану аспектілерін талдайды. Қарастырылады: нормативтік база, статистика, шетелдік тәжірибе, мәселелер және ша­раларды жетілдіру жолдары. Өзектілігі жарғылық емес қатынастар жағдай­ла­ры­ның төмендеуіне, бірақ тәртіп пен қауіпсіздік үшін сақталатын тәуекелдерге байланысты. Психологиялық жұмысты күшейту, командирлердің жауапкершілігін арттыру және тәртіп пен жауынгерлік дайындықты арттыру, сондай-ақ әскери ұжым­дардағы деструктивті құбылыстардың қаупін азайту үшін алдын алу мони­торингін енгізу бойынша шаралар ұсынылады.

Ұсынылған шаралар құқық қолдану практикасын оңтайландыруға, жарғылық емес қатынастардың алдын алуды жақсартуға және олардың Қарулы Күштердегі деңгейін төмендетуге мүмкіндік береді.

Түйінді сөздер: жарғылық емес қарым-қатынастар, дедовщина, профилак­тика, Қарулы Күштері, Қазақстан Республикасы, Қылмыстық кодексі, заң, жарғы, тәртіп, армия.

Zhanisbaev Rolan Ruslanovich — master’s student of the Academy of Law Enforce­ment Agencies under the General Prosecutor’s Office of the Republic of Kazakhstan, military prosecutor of the Aktobe garrison (Republic of Kazakhstan, Astana)

PREVENTION OF HAULING RELATIONSHIPS: ASPECTS OF LAW ENFORCEMENT AND WAYS TO IMPROVE THEM

Annotation. The author’s research focuses on hazing in the army of the Republic of Kazakhstan, which is a serious problem that undermines military discipline and leads to criminal offenses. Despite progress, hazing persists, negatively impacting the morale of troops.

In this article, the author analyzes the law enforcement aspects of the prevention of hazing in the Armed Forces of the Republic of Kazakhstan. It examines the regulatory framework, statistics, international experience, challenges, and ways to improve measures. The relevance of this topic stems from the decline in incidents of non-statutory relationships, whilst risks to discipline and security persist. Measures are proposed to strengthen psychological support, increase commanders’ accountability and introduce preventive monitoring to enhance discipline and combat readiness, as well as to minimise the risks of destructive phenomena within military units.

The proposed measures will optimize law enforcement practices, improve the prevention of hazing, and reduce its incidence in the armed forces.

Keywords: non-statutory relationships, hazing, prevention, armed forces, Republic of Kazakhstan, Criminal code, law, regulations, discipline, army.

 

Введение. Современная государственная политика Республики Казахстан в сфере обороны и безопасности направлена на укрепление воинской дисциплины, повышение боеготовности и поддержание здорового морально-психологического климата в Вооруженных Силах. Одним из ключевых аспектов достижения этих целей является эффективная профилактика и пресечение неуставных взаи­мо­от­ношений, которые представляют собой грубое нарушение законов, уставов и не­га­тивно сказываются на всем комплексе воинской деятельности[1].

Неуставные взаимоотношения в Вооруженных Силах Республики Казахстан пред­ставляют собой комплекс противоправных деяний нарушающих установ­лен­ные воинскими уставами правила взаимоотношений между военнослужащими. Они могут выражаться в форме физического или психического насилия, унижение чес­ти и достоинства, вымогательства, принуждение к совершению противо­прав­ных действий и других форм дискриминации[2].

Неуставные взаимоотношения — это, не только нарушение правопорядка, но и показатель неэффективности системы воспитательной работы и контроля. Не­смот­ря на законодательные нормы и усилия командования, проблема неуставных взаимоотношений продолжает оставаться актуальной, что подтверждается инфор­ма­цией из открытых источников, освещающих случаи дедовщины и их послед­ствия[3].

В своих выступлениях Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев неодно­крат­но отмечал, что в армии не может быть и не будет места проявлениям дедов­щины, хулиганства, трайбализма, землячества. Армия должна быть местом желез­ной дисциплины и порядка[4].

Согласно данным Министерства обороны Республики Казахстан, количество пре­ступлений, совершенных в армии на основе неуставных отношений, за три года снизилось на 28 %[5]. Но, это все же не отменяет факта наличия преступлений в армии.

Рисунок 1 — Количество зарегистрированных уголовных дел по неустав-ным взаимоотношениям, в Вооруженных Силах Республики КазахстанРисунок 1 — Количество зарегистрированных уголовных дел по неустав-ным взаимоотношениям, в Вооруженных Силах Республики Казахстан

 

Статистика показывает (рисунок 1), что в 2022 г. на почве неуставных взаимо­от­ношений в Вооруженных Силах Республики Казахстан было совершено 44 уголовных преступлений; в 2023 г. — 48, в 2024 г. — 50, в 2025г. — 81, с начала 2026 г. — 38.

Рисунок 2 — Количество привлеченных к ответственности военнослужащих за 2022-2026 гг.

С 2022 г. по начало 2026 г. к уголовной ответственности были привлечены 83 военнослужащих (рисунок 2): 11 человек — в 2022 году, 15 — в 2023 году, 16 — в 2024 году, 22 — в 2025 году, 19 — в 2026 году.

Рисунок 3 — Количество привлеченных к ответственности военнослужащих по составу

Среди привлеченных к уголовной ответственности (рисунок 3): в 2022 г. — солдат срочной службы 8; 2023 г. — 12; 2024 г. — 8; 2025 г. — 16; 2026 г. — 13; во­ен­нослужащих по контракту в 2022 г. — 4; 2023 г. — 1; 2024 г. — 8; 2025 г. — 3; 2026 г. — 5; офицеров в 2022 г. — 1; 2023 г. — 2; 2025 г. — 2; 2026 г. — 1; курсантов в 2025 г. — 1.

Актуальность данного исследования обусловлена современной геополити­чес­кой конъюнктурой, в условиях которой возрастают риски деструктуризации спло­ченности воинского коллектива. Девиантное поведение военнослужащих генери­рует комплекс негативных последствий, усиливая угрозу снижения боеготовности войск, что проявляется в повышенной травматизации, суицидальных инцидентах и демотивации личного состава.

Целью данной работы является анализ аспектов правоприменения в сфере про­филактики неуставных взаимоотношений и выработка научно обоснованных предложений по их совершенствованию, в том числе с использованием совре­менных регулятивных подходов.

В рамках правового регулирования, основополагающую роль в борьбе с не­ус­тав­ными взаимоотношениями играют Конституция Республики Казахстан[6] гаран­ти­рующая права и свободы граждан, включая военнослужащих, недопустимость пы­ток и унижающего достоинство обращения, Закон Республики Казахстан «О воин­ской службе и статусе военнослужащих»[7], определяющий правовой статус военнослу­жа­щих, их права, обязанности, ответственность и гарантии правовой и социальной защиты, Кодекс об административных правонарушениях Республики Казахстан[8], уста­навливающий административную ответственность за отдельные правонарушения, связанные с проявлениями неуставных взаимоотношений, положения Уголовного ко­декса Республики Казахстан, предусматривающие ответственность за различ­ные виды насилия и унижения чести и достоинства военнослужащих, Приказ Ми­ни­ст­ра обороны № 848[9], детализирующий порядок организации воспитательной, со­циально-правовой, психологической и идеологической работы, направленной на про­фи­лактику правонарушений, в том числе и неуставных взаимоотношений в Воору­женных Силах. Наряду с этим, вновь введенный Закон Республики Казахстан «О про­филактике правонарушений»[10] задает вектор системной работы по преду­преж­де­нию противоправных деяний, включая и те, что характерны для армейской сре­ды.

Совершенствование правоприменительной практики в сфере профилактики не­уставных взаимоотношений требует дальнейшего анализа эффективности суще­ст­вующих мер. Как отмечают Е. В. Конева и А. А. Пелевина, феномен «неустав­ных отношений» требует комплексных приемов коррекции и профилактики, учи­ты­ваю­щих психологические и социальные аспекты[11]. Исследования, подобные работе Э. К. Алиевой, подчеркивают важность профилактической деятельности в воинских коллективах, указывая на необходимость формирования культуры ува­же­ния и соблюдения уставных норм[12].

Важно развивать институты, способствующие раннему выявлению конфликт­ных ситуаций и недопущению их эскалации. Одним из перспективных направле­ний является внедрение элементов экспериментальных правовых режимов и «ре­гу­лятивных песочниц», позволяющих апробировать новые подходы к правовому регулированию и правоприменению в условиях динамично меняющейся среды[13]. Это может способствовать более гибкому и эффективному реагированию на спе­ци­фические вызовы, связанные с армейскими взаимоотношениями, при этом обес­печивая надлежащий контроль и защиту прав военнослужащих.

Материалы и методы. Данная статья основывается на теоретических и прак­тических методах. За основу теоретического метода исследования был взят метод анализа, который, на наш взгляд, наиболее подходит, поскольку позволяет мыс­лен­но разложить предмет на составляющие части. Этим методом легче систе­ма­тизировать информацию и прийти к логическому заключению.

Практические методы дополняют теорию примерами из опыта других стран, де­монстрирующие схожие тенденции и вызовы.

Например, в Вооруженных Силах США хейзинг (аналог дедовщины) приз­на­ет­ся преступлением, разрушающим дисциплину и доверие, за которое предус­мо­тре­ны увольнение или тюремное заключение. Кроме того, среди военнослужащих регулярно проводят тренинги, подчеркивающие, что хейзинг — это, признак сла­бос­ти характера, а не силы[14].

В Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) ключевой упор делается на принципах равенства и профессионализма, с обязательным обучением этическим нормам[15].

Вооруженные силы Великобритании проводят меры противодействия бул­лин­гу, включающие работу горячих линий и проведение независимых расследова­ний. В рамках НАТО действует непреклонный стандарт «нулевой терпимости» к по­доб­ным практикам. Особое значение придается ментальному благополучию и форми­ро­ва­нию сплоченности коллектива, исключая любые проявления униже­ния[16].

Мы глубоко убеждены в том, что проблема неуставных взаимоотношений может быть решена путем проведения профилактических мер таких как выявлении неблагополучных процессов в коллективе, изучение морально-психологического климата и усилении личной ответственности командиров за состояние воинской дис­циплины. В процессе исследования данной темы был изучен и проанали­зи­рован широкий спектр литературы. Мнения каждого автора представляют собой зна­чимую ценность, как и их полученные результаты.

Одним из основных источников послужила работа «Профилактика неустав­ных взаимоотношений в воинских коллективах»12, которая подчеркивает, что профи­лактика неуставных взаимоотношений требует комплексных мер, включаю­щих психологическую подготовку, развитие корпоративной культуры и формиро­ва­ние позитивных ценностей.

Для подробной проработки темы исследования были выбраны основные на­прав­ления по исследованию понятий неуставные взаимоотношения[17], латентность не­уставных взаимоотношений[18] и превенция в этой области[19].

На наш взгляд, не менее интересные предложения были выдвинуты авторами С. И. Съединым и В. М. Круком, акцентирующими внимание на психологических механизмах возникновения дедовщины в воинских коллективах, указывающими на роль неформальной иерархии «старослужащих», стигматизации «духов» и «са­ла­гов» как слабых членов коллектива, дефицита уставной коммуникации и не­достаточной воспитательной работы с личным составом[20].

Результаты. При написании работы мы столкнулись с неоднозначным мне­ни­ем по поводу терминологии. В Уголовном кодексе Республики Казахстан содер­жатся понятия воинских преступлений, предусматривающие ответственность за нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при от­сут­ствии между ними отношений подчиненности, включая нанесение побоев, при­чинение легкого вреда здоровью или иное насилие, унижение чести и достоинства. Также отмечено понятие «уставные правила взаимоотношений», то есть «отно­ше­ния между военнослужащими, регулируемые воинскими уставами, независимо от подчиненности».

Указом Президента Республики Казахстан от 5 июля 2007 года №364 «Об утверждении общевоинских уставов Вооруженных Сил, других войск и воинских формирований Республики Казахстан» утверждены: 1) Устав внутренней службы Во­оруженных Сил, других войск и воинских формирований Республики Казах­стан; 2) Устав гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил, других войск и воинских формирований Республики Казахстан; 3) 14 Строевой устав Вооружен­ных Сил, других войск и воинских формирований Республики Казахстан; 4) Дис­циплинарный устав Вооруженных Сил, других войск и воинских формирований Республики Казахстан[21].

Мы разделяем мнение некоторых ученых-исследователей в отношении интер­пре­тации упомянутых выше терминов и разделяем точку зрения о том, что «нару­шение уставных правил взаимоотношений», «неуставные взаимоотношения» и «де­довщина» являются тождественными понятиями. По-нашему мнению, исполь­зо­вать термин «дедовщина» будет более логично, поскольку оно как оценочное понятие охватывает неформальную иерархию в коллективе, что теоретически от­но­сится к неуставным взаимоотношениям и может привести к тяжким послед­ст­виям. Кроме того, подобное объяснение можно соотнести и к «неуставным отно­ше­ниям», тогда как понятие «нарушение уставных правил» практически не ис­поль­зуется в повседневной практике. Полагаем, что синонимичные термины также могут быть полноценно использованы в статье, поскольку законодательством не дано более подробного уточнения, что является более правильным словосоче­та­нием.

Правовая классификация неуставных взаимоотношений закреплена в Уголов­ном кодексе Республики Казахстан, который разделяет следующие виды: физи­чес­кое насилие (побои), психологическое (унижение), издевательство и систематичес­кое нарушение.

Помимо этого, С. В. Щербаков отмечает, что есть ряд различий форм неустав­ных взаимоотношений, которые автор подразделяет по субъекту взаимодействия, а именно: от кого к кому направлено насилие — «старослужащие по отношению к новобранцам, равные по званию по отношению к сослуживцам, офицеры по от­но­шению к подчиненным и т. д.»17.

Физическое насилие — одна из распространенных форм неуставных взаимо­от­ношений в армии. Чаще всего физическое насилие выражено нанесением те­лес­ных повреждений различных форм. Следствием чего жертва получает увечья, из-за которых становится временно нетрудоспособной. Психологическое насилие вы­ра­жается в систематических оскорблениях, воздействии различными способами на психику военнослужащего для того, чтобы подавить более слабого. Кроме того, сюда включают контроль, слежку и эмоциональное воздействие, подавляющее во­лю человека и унижающее его достоинство. Последствия подобного воздействия приводят к стрессу, страданиям и страху. Насилие с унижением — чаще всего принуждение к «чёрной работе» без согласия, и, как следствие, применение силы и угрозы в достижении цели[22].

Насилие с издевательством чаще всего выражено в единоличном контроле «дедов» над «духами» в отношении распорядка дня, в том числе запрет на отдых относится к этой же форме. Выдача «долгов» или заданий, за выполнение которых требуется отчет.

По поводу факторов, влияющих на проявление неуставных взаимоотношений, высказывается множество различных мнений. Так, факты, влияющие на возникно­ве­ние неуставных взаимоотношений, по мнению С. И. Съедина и В. М. Крука, одним из распространенных мотивов являются «личная неприязнь, приводящая к ссорам, дракам и другим эксцессам в коллективе, хулиганские побуждения и со­пут­ствующая им месть, ревность, корысть и иные мотивы». Кроме того, отме­ча­ются иные «факторы риска, предрасполагающие к неуставным взаимоотно­ше­ни­ям: низкий уровень психологической подготовки новобранцев, проживание в отда­ленных гарнизонах, отсутствие опыта службы, возраст до 20 лет, а также продол­жительность службы более 6 месяцев. Результаты данного, а равно многих иных исследований подтверждают тезис о том, что неформальная иерархия и дефицит контроля являются одними из ключевых причин дедовщины»20.

В то же время, Э. К. Алиева особо выделяет групповую динамику как основ­ной фактор, наиболее тесно связанный с проблемой неуставных взаимоотноше­ний12, тогда как, согласно статистике Минобороны Республики Казахстан за 2020 г., «случаи рукоприкладства снизились на 47 %»[23]. Выявление подобных негативных последствий происходит, в первую очередь, с целью дальнейшего их устранения.

Несмотря на это, согласно П. З. Майнусову, исследование проблем неустав­ных взаимоотношений выявило высокую латентность[24]. Безусловно, часто в под­раз­делениях бывают конфликты, военнослужащие не разделяют мнение друг дру­га. Но тем не менее если же конфликта не удалось избежать, то в этом случае тре­буется обращение в военную полицию, позвонить по горячей линии или в службу психологической помощи.

В первую очередь, следует высказать мнение о компетенции органов военной полиции в вопросах профилактики неуставных взаимоотношений. В ст. 5 Закона Республики Казахстан «Об органах военной полиции»[25] указывается, что в задачи правоохранительных органов входит «профилактика, предупреждение, выявле­ние, пресечение, правонарушений». В Приказе № 848 дано описание мер, которые при­меняются согласно Закону Республики Казахстан «О профилактике правонару­ше­ний». Под профилактикой правонарушений понимается «комплекс правовых, организационных и воспитательных мер, направленных на сохранение и укреп­ле­ние правопорядка путем выявления, изучения, устранения причин и условий, спо­собствующих совершению правонарушений». Меры индивидуальной профилак­ти­ки неуставных взаимоотношений определяются с учетом индивидуальных осо­бенностей лица, характера и степени общественной опасности совершенных на­ру­шений. Для нарушителей, согласно Кодекса об административных право­на­ру­ше­ни­ях Республики Казахстан, предусматривается ряд особых мер к их дальнейшему поведению. Согласно Приказу № 848, хотелось бы заострить внимание на системе «Жауынгерлік дос», то есть взаимопарный контроль личного состава, когда двое, как правило, равных по должности и воинскому званию военнослужащих закреп­ля­ются друг за другом. Это позволяет своевременно выявлять признаки откло­не­ния от норм в поведении и предотвращать нежелательные явления в воинских кол­лективах. Соответственно, для офицеров остается лишь провести беседы и обес­печить контроль[26].

Сегодня у нас имеются службы, которые оказывают психологическую под­держ­ку и защиту, а также проводят реабилитацию пострадавших от неуставных взаимоотношений. Законодательством также предусмотрена психологическая по­мощь, в том числе и психокоррекционная работа с агрессорами. Но тем не менее стоит заметить, что вся эта работа проводится непосредственно уже на фактах совершенных противоправных действий.

Обсуждение. Неуставные взаимоотношения — это, к сожалению, реальность воинских коллективов. Мы полностью разделяем точку зрения С. В. Щербакова о том, что «преступления против порядка подчинённости и воинских уставных взаимоотношений характеризуются систематическим нарушением субординации, применением насилия и унижением достоинства в воинских коллективах»17. Так­же поддерживаем позицию Э. К. Алиевой, что неуставные взаимоотношения «ох­ва­тывают всю популяцию военнослужащих независимо от звания, образования или социального статуса»12, в то же время следует согласиться, что неуставные взаимоотношения подрывают в целом и дисциплину и боеготовность.

О. А. Емельянов, изучив механизмы девиации в воинском коллективе, показал их зависимость от групповой динамики и неформальных иерархий. Исходя из этого вывода, мы убеждены, что новобранцы перенимают модели поведения ста­рослужащих «дедов», воспроизводя их в процессе службы. О. А. Емельянов также отмечает, что авторитарное давление старослужащих формирует у молодых сол­дат зависимое поведение с выраженной виктимностью[27].

Мы частично не согласны с этим подходом, поскольку авторитарность может провоцировать и противоположную реакцию: новобранец сопротивляется давле­нию, проявляет агрессию, что в дальнейшем перерастает в девиантное поведение в армии.

В дальнейшем плодотворная работа с «трудными» военнослужащими, поведе­ние которых отслеживается командирами и своевременным сообщением в воен­ную полицию, поможет уменьшить уровень правонарушений. К слову сказать, по данному направлению работают военные психологи. В своей работе Е. В. Конева, А. А. Пелевина предлагают «тренинговые занятия по коррекции поведения в ка­че­ст­ве воспитательной работы»11. На наш взгляд, привлечение военных психологов и грамотное разъяснение механизмов неуставных взаимоотношений может слу­жить профилактической мерой в дальнейшем.

О. А. Емельянов в работе «Девиантное поведение военнослужащих как пред­мет педагогической профилактики» подробно описал формы неуставных взаимо­от­но­шений, включая физическое насилие, психологическое давление, издеватель­ства и неформальный контроль27. Аналогичный анализ представлен в диссертации С. В. Щербакова, где классифицированы проявления нарушений воинской дис­цип­лины17. Мы считаем, что неуставные взаимоотношения обусловлены комплек­сом факторов, и каждая теория вносит вклад в их объяснение.

Значение виктимологии в неуставных взаимоотношениях играет ключевую роль. Так в работе З. Р. Фаргиева[28] хорошо раскрывается понятие виктимности во­ен­нослужащих. Автор дает высокую личностно-ситуативную виктимность «ду­хов» и описывает процесс виктимизации, что важно для практики. Чаще аспекты виктимологии рассматриваются в контексте воинских преступлений.

Немало работ ученых посвящено и латентности неуставных взаимоотно­ше­ний: С. И. Съедин, В. М. Крук анализируют причины сокрытия, механизмы замал­чи­ва­ния и последствия для воинской дисциплины20. Д. А. Бобрик, И. Г. Цискарид­зе поднимают вопрос: «Как предотвратить виктимность новобранцев при давле­нии старослужащих?», акцентируя роль превентивных мер со стороны командо­вания19. А. А. Маркарян отмечает, что новобранцы часто становятся жертвами груп­пового давления неформальных лидеров, подчеркивая ответственность ко­ман­диров за своевременное реагирование на жалобы[29].

Не менее интересные предложения выдвинуты В. О. Макаровым о «регуля­тивных песочницах» для тестирования мер профилактики[30].

Важным является и сравнительное исследование С. И. Съедина, В. М. Кр­ука20, где указывается недостаточная обученность офицеров по выявлению неус­тав­ных взаимоотношений. Согласно же Приказу Минобороны Республики Казах­стан № 848 «Профилактика неуставных взаимоотношений должна начинаться до факта совершения».

В нашем случае ключевым недостатком профилактики неуставных взаимоот­но­шений в армии является недостаточная координация между компетентными ор­ганами (военная полиция, психологическая служба, прокуратура), слабая персо­нальная ответственность командиров за морально-психологический климат в под­раз­делениях и отсутствие единой системы мониторинга.

Внедрение цифрового мониторинга жалоб и строгая ответственность ко­ман­диров за каждый случай неуставных взаимоотношений повысит сдерживающий эффект и снизит толерантность к нарушениям дисциплины[31].

Заключение/выводы. Описанные в настоящем исследовании процессы поз­воляют осмыслить основные виды и формы неуставных взаимоотношений. Кроме того, полученная информация даёт возможность выявить личностные и групповые факторы, предрасполагающие к уязвимости военнослужащих.

Последовательное изучение внутренних механизмов неуставных взаимоот­но­шений в воинских коллективах позволит разработать эффективные профилак­ти­ческие программы, прежде всего для должностных лиц, ответственных за дис­цип­лину. На наш взгляд, это снизит уровень виктимизации и, соответственно, коли­че­ство нарушений уставных правил.

Подчеркнём, что ключевым субъектом предупреждения и пресечения неус­тав­ных взаимоотношений является, в первую очередь, командир подразделения. В его компетенцию входит как оперативное реагирование на правонарушения, так и профилактическая работа с нарушителями. Они также ведут учёт и контроль «про­б­лемных» коллективов и личного состава.

Поэтому, на наш взгляд, необходимо максимально эффективно анализировать причины неуставных взаимоотношений, чтобы на этой основе выработать дейст­вен­ные предупредительные меры в аспекте правоприменения.

На основе проведённого исследования предлагаем следующие выводы и пути совершенствования:

Проблема неуставных взаимоотношений остаётся актуальной, но латентной, что провоцирует множество дискуссий в правоприменительной практике.

Внедрение превентивных мер уполномоченными субъектами (командирами, военной полицией) позволит сократить нарушения уставных правил.

Привлечение военных психологов и проведение разъяснительных бесед о формах неуставных взаимоотношений (включая хейзинг) послужит эффективной про­филактикой.

Требуется также более широкое информирование личного состава о госуда­р­ст­венных и ведомственных структурах (например, отделах военной прокуратуры), предоставляющих помощь жертвам неуставных взаимоотношений.

Допустимо расширить компетенцию командиров и должностных лиц направ­ле­нием нарушителей и жертв неуставных взаимоотношений к специалистам в об­ласти психологии.

Для повышения эффективности работы органов военной полиции и команд­ного состава в сфере профилактики неуставных взаимоотношений необходимо об­язательное прохождение специальных психологических курсов.

Предложенные меры позволят оптимизировать правоприменительную прак­тику, улучшить профилактику неуставных взаимоотношений и снизить их уровень в вооружённых силах.

Список литературы

  1. Концепция строительства и развития Вооруженных Сил, других войск и воинских формирований Республики Казахстан до 2030 года: утв. Указом Президента РК от 28 декабря 2020 г. // https://www.akorda.kz/ru/prezidentom-kazahstana-verhovnym-glavnokomanduyushchim-utverzhdena-novaya-koncepciya-stroitelstva-i-razvitiya-vooruzhennyh-sil-drugih-voysk-i-voinskih-formirovaniy-2585820 (дата обращения: 15.02.2026).
  2. Уголовный кодекс Республики Казахстан от 03.07.2014 № 226-V // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000226 (дата обращения: 09.02.2026).
  3. Неуставные отношения и суициды в армии Казахстана: все из семьи или дело в кадрах? // Inform.kz. 13.10.2024. // https://www.inform.kz/ru/dedovshina-isuitsidi-varmii-kazahstana-vse-iz-semi-ili-delo-v-kadrah-f4b9a5 (дата обращения: 09.02.2026).
  4. Токаев К.-Ж. Интервью газете «Түркістан» // https://turantimes.kz/obschestvo/65902-tokaev-zajavil-o-nulevoj-terpimosti-k-dedovschine-i-gibeli-soldat-v-armii.html (дата обращения: 15.02.2026).
  5. 13 дел заведено по факту неуставных отношений // https://khabar.kz/ru/news/obshchestvo/164619-13-del-zavedeno-po-faktu-neustavnykh-otnoshenij-v-kazakhstanskoj-armii-s-nachala-goda (дата обращения: 09.02.2026).
  6. Конституция Республики Казахстан // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K950001000_ (дата обращения: 09.02.2026).
  7. Закон Республики Казахстан «О воинской службе и статусе военнослужа­щих» от 26.12.2017 № 122-VI (с изм. на 2026 г.) // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z1700000122 (дата обращения: 09.02.2026).
  8. Кодекс Республики Казахстан об административных правонарушениях от 05.07.2014 № 235-V // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000235 (дата обращения: 09.02.2026).
  9. Приказ Министра обороны РК № 848 от 04.09.2023 г. «Об организации профилактики правонарушений в Вооруженных Силах РК» // https://adilet.zan.kz/rus/docs/V20C000848_ (дата обращения: 09.02.2026).
  10. Закон Республики Казахстан «О профилактике правонарушений» от 30.12.2025 № 245-VIII ЗРК // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z2500000245 (дата обращения: 09.02.2026).
  11. Конева Е. В., Пелевина А. А. Приемы коррекции и профилактики фено­мена «Неуставных отношений» // Вестник Южно-Уральского государственного университета. — 2012. — № 15 // https://cyberleninka.ru/article/n/priemy-korrektsii-i-profilaktiki-fenomena-neustavnyh-otnosheniy-v-sotsialnyh-strukturah (дата обращения: 09.02.2026).
  12. Алиева Э. К. Профилактика неуставных взаимоотношений в воинских коллективах // https://cyberleninka.ru/article/n/profilaktika-neustavnyh-vzaimootnosheniy-v-voinskih-kollektivah/pdf (дата обращения: 09.02.2026).
  13. Макаров В. О. Перспективы «регулятивных песочниц»// Право и политика. — 2021. — № 7. — С. 12-20.
  14. Department of Defense Instruction 1325.06. Hazing Prevention and Response // DoD. 2018 // https://www.esd.whs.mil/Portals/54/Documents/DD/issuances/do­di/132506p.pdf (дата обращения: 15.02.2026).
  15. Этический кодекс ЦАХАЛ «Руханиют ЦАХАЛ» (Дух ЦАХАЛа) // https://www.idf.il/111317/ (официальный сайт ЦАХАЛ, иврит/англ.; дата обращения: 15.02.2026).
  16. Дедовщина разъедает армию РК, министр обороны шутит, а как на Западе // Orda.kz. 23.11.2025 // https://orda.kz/dedovschina-razedaet-armiju-rk-ministr-oborony-shutit-a-kak-na-zapade-409410/ (дата обращения: 09.02.2026).
  17. Щербаков С. В. Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений против порядка подчинённости и воинских уставных взаимоот­ношений: Дис. … канд. юрид. наук. — М.: Моск. гос. лингв. ун-т, 2012. — 198 с.
  18. Шаповалов В. А. Проблемы дезертирства в современных ВС России // https://cyberleninka.ru/article/n/problemy-dezertirstva-v-sovremennyh-vs-rossii (дата обращения: 09.02.2026).
  19. Бобрик Д. А., Цискаридзе И. Г. Профилактика уставных нарушений // https://elib.bsu.by/handle/123456789/55468 (дата обращения: 09.02.2026).
  20. Съедин С. И., Крук В. М. Дедовщина в воинских коллективах: причины, пути выявления и искоренения. — М.: Изд. ВПА им. В. И. Ленина, 1990. — 60 с.
  21. Об утверждении общевоинских уставов Вооруженных Сил…: Указ Президента РК от 05.07.2007 № 364 // https://adilet.zan.kz/rus/docs/U070000364_ (дата обращения: 10.02.2026).
  22. Служба или испытание? Тёмная сторона казахстанской армии // MNU Newsroom. 2024 // https://newsroom.mnu.kz/sluzhba-ili-ispytanie-temnaja-storona-kazahstanskoj-armii/ (дата обращения: 15.02.2026)
  23. Как в казахстанской армии искореняются неуставные взаимоотношения // https://www.gov.kz/memleket/entities/mod/press/news/details/143159?lang=ru (дата обращения: 09.02.2026).
  24. Майнусов П. З. Латентность преступлений военнослужащих // Молодой ученый. — 2020. — № 8 (298). — С. 166-167 // https://moluch.ru/archive/298/67572/ (дата обращения: 15.02.2026).
  25. Закон Республики Казахстан от 14 марта 2023 года № 205-VII ЗРК «Об органах военной полиции» // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z2300000205 (дата обращения: 15.0.2026).
  26. В казахстанской армии внедрена система взаимопарного контроля «Жауынгерлік дос» // https://ortcom.kz/kk/novosti/v-kazahstanskoj-armii-anonimnyj-opros-i-sistema-vzaimoparnogo-kontrolya-zhauyngerlik-dos (дата обращения: 15.02.2026).
  27. Емельянов О. А. Девиантное поведение военнослужащих как предмет пе­да­го­ги­ческой профилактики // Международный научно-исследовательский жур­нал. — 2016. — № 2 (44). — С. 85-89 // https://cyberleninka.ru/article/n/deviantnoe-povedenie-voennosluzhaschih-kak-predmet-pedagogicheskoy-profilaktiki (дата обращения: 16.02.2026).
  28. Фаргиев З. Р. Криминологические и виктимологические факторы, обуслав­ли­вающие совершение преступлений военнослужащими // Молодой ученый. — 2017. — № 11 (145). — С. 45-50.
  29. Маркарян А. А. Педагогическое сопровождение развития толерантности в межличностном взаимодействии военнослужащих по призыву: Автореф. дис. … канд. пед. наук. — Астрахань, 2010. — 24 с.
  30. Макаров В. О. Экспериментальные правовые режимы // Правоприменение. — 2021. — № 4. — С. 45-52; Макаров В. О. Классификация песочниц // Юриди­ческая концепция. — 2021. — № 3. — С. 30-38.
  31. Закон Республики Казахстан «О государственной правовой статистике и специальных учетах» от 22 декабря 2003 года № 510 // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z030000510_ (дата обращения: 09.02.2026).

References

  1. Kontseptsiya stroitel’stva i razvitiya Vooruzhennykh Sil, drugikh voysk i voinskikh formirovaniy Respubliki Kazakhstan do 2030 goda: utv. Ukazom Prezidenta RK ot 28 dekabrya 2020 g. // https://www.akorda.kz/ru/prezidentom-kazahstana-verhovnym-glavnokomanduyushchim-utverzhdena-novaya-koncepciya-stroitelstva-i-razvitiya-vooruzhennyh-sil-drugih-voysk-i-voinskih-formirovaniy-2585820 (data obrashcheniya: 15.02.2026).
  2. Ugolovnyy kodeks Respubliki Kazakhstan ot 03.07.2014 № 226-V // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000226 (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  3. Neustavnyye otnosheniya i suitsidy v armii Kazakhstana: vse iz sem’i ili delo v kadrakh? // Inform.kz. 13.10.2024. // https://www.inform.kz/ru/dedovshina-isuitsidi-varmii-kazahstana-vse-iz-semi-ili-delo-v-kadrah-f4b9a5 (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  4. Tokayev K.-ZH. Interv’yu gazete «Türkístan» // https://turantimes.kz/obschestvo/65902-tokaev-zajavil-o-nulevoj-terpimosti-k-dedovschine-i-gibeli-soldat-v-armii.html (data obrashcheniya: 15.02.2026).
  5. 13 del zavedeno po faktu neustavnykh otnosheniy // https://khabar.kz/ru/news/obshchestvo/164619-13-del-zavedeno-po-faktu-neustavnykh-otnoshenij-v-kazakhstanskoj-armii-s-nachala-goda (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  6. Konstitutsiya Respubliki Kazakhstan // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K950001000_ (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  7. Zakon Respubliki Kazakhstan «O voinskoy sluzhbe i statuse voyennosluzha¬shchikh» ot 26.12.2017 № 122-VI (s izm. na 2026 g.) // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z1700000122 (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  8. Kodeks Respubliki Kazakhstan ob administrativnykh pravonarusheniyakh ot 05.07.2014 № 235-V // https://adilet.zan.kz/rus/docs/K1400000235 (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  9. Prikaz Ministra oborony RK № 848 ot 04.09.2023 g. «Ob organizatsii profilaktiki pravonarusheniy v Vooruzhennykh Silakh RK» // https://adilet.zan.kz/rus/docs/V20C000848_ (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  10. Zakon Respubliki Kazakhstan «O profilaktike pravonarusheniy» ot 30.12.2025 № 245-VIII ZRK // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z2500000245 (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  11. Koneva Ye. V., Pelevina A. A. Priyemy korrektsii i profilaktiki feno-mena «Neustavnykh otnosheniy» // Vestnik Yuzhno-Ural’skogo gosudarstvennogo universiteta. — 2012. — № 15 // https://cyberleninka.ru/article/n/priemy-korrektsii-i-profilaktiki-fenomena-neustavnyh-otnosheniy-v-sotsialnyh-strukturah (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  12. Aliyeva E. K. Profilaktika neustavnykh vzaimootnosheniy v voinskikh kollektivakh // https://cyberleninka.ru/article/n/profilaktika-neustavnyh-vzaimootnosheniy-v-voinskih-kollektivah/pdf (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  13. Makarov V. O. Perspektivy «regulyativnykh pesochnits»// Pravo i politika. — 2021. — № 7. — S. 12-20.
  14. Department of Defense Instruction 1325.06. Hazing Prevention and Response // DoD. 2018 // https://www.esd.whs.mil/Portals/54/Documents/DD/issuances/do­di/132506p.pdf (data obrashcheniya: 15.02.2026).
  15. Eticheskiy kodeks TSAKHAL «Rukhaniyut TSAKHAL» (Dukh TSAKHALa) // https://www.idf.il/111317/ (ofitsial’nyy sayt TSAKHAL, ivrit/angl.; data obrashcheniya: 15.02.2026).
  16. Dedovshchina raz»yedayet armiyu RK, ministr oborony shutit, a kak na Zapade // Orda.kz. 23.11.2025 // https://orda.kz/dedovschina-razedaet-armiju-rk-ministr-oborony-shutit-a-kak-na-zapade-409410/ (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  17. Shcherbakov S. V. Kriminologicheskaya kharakteristika i preduprezhdeniye prestupleniy protiv poryadka podchinonnosti i voinskikh ustavnykh vzaimoot-nosheniy: Dis. … kand. yurid. nauk. — M.: Mosk. gos. lingv. un-t, 2012. — 198 s.
  18. Shapovalov V. A. Problemy dezertirstva v sovremennykh VS Rossii // https://cyberleninka.ru/article/n/problemy-dezertirstva-v-sovremennyh-vs-rossii (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  19. Bobrik D. A., Tsiskaridze I. G. Profilaktika ustavnykh narusheniy // https://elib.bsu.by/handle/123456789/55468 (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  20. S»yedin S. I., Kruk V. M. Dedovshchina v voinskikh kollektivakh: prichiny, puti vyyavleniya i iskoreneniya. — M.: Izd. VPA im. V. I. Lenina, 1990. — 60 s.
  21. Ob utverzhdenii obshchevoinskikh ustavov Vooruzhennykh Sil…: Ukaz Prezidenta RK ot 05.07.2007 № 364 // https://adilet.zan.kz/rus/docs/U070000364_ (data obrashcheniya: 10.02.2026).
  22. Sluzhba ili ispytaniye? Tomnaya storona kazakhstanskoy armii // MNU Newsroom. 2024 // https://newsroom.mnu.kz/sluzhba-ili-ispytanie-temnaja-storona-kazahstanskoj-armii/ (data obrashcheniya: 15.02.2026)
  23. Kak v kazakhstanskoy armii iskorenyayutsya neustavnyye vzaimootnosheniya // https://www.gov.kz/memleket/entities/mod/press/news/details/143159?lang=ru (data obrashcheniya: 09.02.2026).
  24. Maynusov P. Z. Latentnost’ prestupleniy voyennosluzhashchikh // Molodoy uchenyy. — 2020. — № 8 (298). — S. 166-167 // https://moluch.ru/archive/298/67572/ (data obrashcheniya: 15.02.2026).
  25. Zakon Respubliki Kazakhstan ot 14 marta 2023 goda № 205-VII ZRK «Ob organakh voyennoy politsii» // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z2300000205 (data obrashcheniya: 15.0.2026).
  26. V kazakhstanskoy armii vnedrena sistema vzaimoparnogo kontrolya «Zhauyngerlík dos» // https://ortcom.kz/kk/novosti/v-kazahstanskoj-armii-anonimnyj-opros-i-sistema-vzaimoparnogo-kontrolya-zhauyngerlik-dos (data obrashcheniya: 15.02.2026).
  27. Yemel’yanov O. A. Deviantnoye povedeniye voyennosluzhashchikh kak predmet pe¬da¬go¬gi-cheskoy profilaktiki // Mezhdunarodnyy nauchno-issledovatel’skiy zhur¬nal. — 2016. — № 2 (44). — S. 85-89 // https://cyberleninka.ru/article/n/deviantnoe-povedenie-voennosluzhaschih-kak-predmet-pedagogicheskoy-profilaktiki (data obrashcheniya: 16.02.2026).
  28. Fargiyev Z. R. Kriminologicheskiye i viktimologicheskiye faktory, obuslav¬li¬vayushchiye soversheniye prestupleniy voyennosluzhashchimi // Molodoy uchenyy. — 2017. — № 11 (145). — S. 45-50.
  29. Markaryan A. A. Pedagogicheskoye soprovozhdeniye razvitiya tolerantnosti v mezhlichnostnom vzaimodeystvii voyennosluzhashchikh po prizyvu: Avtoref. dis. … kand. ped. nauk. — Astrakhan’, 2010. — 24 s.
  30. Makarov V. O. Eksperimental’nyye pravovyye rezhimy // Pravoprimeneniye. — 2021. — № 4. — S. 45-52; Makarov V. O. Klassifikatsiya pesochnits // Yuridi¬cheskaya kontseptsiya. — 2021. — № 3. — S. 30-38.
  31. Zakon Respubliki Kazakhstan «O gosudarstvennoy pravovoy statistike i spetsial’nykh uchetakh» ot 22 dekabrya 2003 goda № 510 // https://adilet.zan.kz/rus/docs/Z030000510_ (data obrashcheniya: 09.02.2026).

МРНТИ 10.81.00

УДК 343.9

Казбекова Айсулу Болатовна — ведущий научный сотрудник Меж­ведом­ст­венного научно-исследовательского института Академии правоохранительных органов при Генеральной прокуратуре Республики Казахстан, советник юстиции (Республика Казахстан, г. Косшы);

Ермекова Зауреш Джумаевна — ведущий научный сотрудник Межведомст­венного научно-исследовательского института Академии правоохранительных органов при Генеральной прокуратуре Республики Казахстан, старший советник юстиции (Республика Казахстан, г. Косшы)

СОСТОЯНИЕ ДОРОЖНО-ТРАНСПОРТНОЙ АВАРИЙНОСТИ В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН

Аннотация. В статье проведен комплексный научно-правовой анализ причин и условий дорожно-транспортной аварийности в Республике Казахстан с учетом со­временных теоретических подходов и открытых статистических данных. Уста­но­влено, что дорожно-транспортная аварийность носит комплексный и много­уров­невый характер, формируясь под воздействием совокупности поведенческих, инфраструктурных, технических и институционально-правовых факторов. Обос­новано, что преобладание человеческого фактора в структуре причин дорожно-тран­с­портных происшествий усиливается недостатками дорожной ин­фра­ст­рук­туры, а также организационно-управленческими пробелами в деятельности госу­дар­ственных органов. Выявлена фрагментарность действующей системы профи­лак­тики, выражающаяся в недостаточной координации субъектов обеспечения безопасности дорожного движения и ограниченном использовании аналитических данных при принятии управленческих решений. Отмечено, что существующая мо­дель прокурорского надзора преимущественно ориентирована на реагирование на уже совершенные правонарушения и не в полной мере реализует свой пре­вен­тив­ный потенциал. Подчеркивается, что дорожно-транспортная аварийность должна рас­сматриваться как результат системных недостатков функционирования инсти­тута обеспечения безопасности дорожного движения. На основе проведенного ана­лиза обоснована необходимость формирования интегративной риск-ориентиро­ван­ной модели, направленной на предупреждение дорожно-транспортных проис­шествий. Сделан вывод о целесообразности трансформации прокурорского надзо­ра в проактивный механизм выявления и устранения причин и условий аварий­ности, ориентированный на снижение уровня дорожно-транспортных происшест­вий и повышение эффективности государственной политики в сфере дорожной без­опасности.

Ключевые слова: аварийность, безопасность, дорожное движение, тран­спорт, причины, происшествия, прокурорский надзор, водитель.

Казбекова Айсулу Болатовна — Қазақстан Республикасы Бас прокурату­расының жанындағы Құқық қорғау органдары академиясы ведомствоаралық ғылыми-зерттеу институтының жетекші ғылыми қызметкері, әділет кеңесшісі (Қазақстан Республикасы, Қосшы қ.);

Ермекова Зауреш Джумаевна — Қазақстан Республикасы Бас прокурату­расының жанындағы Құқық қорғау органдары академиясы ведомствоаралық ғылыми-зерттеу институтының жетекші ғылыми қызметкері, аға әділет кеңесшісі (Қазақстан Республикасы, Қосшы қ.)

ҚАЗАҚСТАН РЕСПУБЛИКАСЫНДАҒЫ ЖОЛ-КӨЛІК ОҚИҒАЛАРЫНЫҢ ЖАЙ-КҮЙ

Түйін. Мақалада Қазақстан Республикасындағы жол-көлік оқиғаларының себептері мен жағдайларына кешенді ғылыми-құқықтық талдау жүргізілген. Зерт­теу нәтижесінде жол-көлік апаттарының көпфакторлы және көпдеңгейлі сипаты анықталып, олардың қалыптасуына мінез-құлықтық, инфрақұрылымдық, техника­лық және институционалдық-құқықтық факторлардың әсер ететіні негізделген. Жол-көлік оқиғаларының себептері құрылымында адам факторының басымдығы жол инфрақұрылымының кемшіліктерімен, сондай-ақ мемлекеттік органдар қыз­мет­індегі ұйымдастырушылық-басқарушылық олқылықтармен күшейетіні көрсе­тіл­ген. Қолданыстағы алдын алу жүйесінің фрагментарлығы, жол қозғалысы қауіпсіздігін қамтамасыз ететін субъектілердің өзара үйлестіруінің жеткіліксіздігі және басқарушылық шешімдер қабылдау барысында талдамалық деректердің шектеулі қолданылуы анықталған. Сонымен қатар, прокурорлық қадағалаудың қазіргі моделі негізінен жасалған құқық бұзушылықтарға әрекет етуге бағыт­талғаны және оның алдын алу әлеуеті толық көлемде іске асырылмай отырғаны атап өтілген. Жол-көлік авариялылығы жол қозғалысы қауіпсіздігін қамтамасыз ету институтының жүйелік кемшіліктерінің нәтижесі ретінде қарастырылуы тиіс екендігі негізделген. Жүргізілген талдау негізінде жол-көлік оқиғаларының алдын алуға бағытталған тәуекелге бағдарланған кешенді модельді қалыптастыру қажеттілігі дәлелденген. Прокурорлық қадағалауды авариялылықтың себептері мен жағдайларын анықтауға бағытталған проактивті тетікке айналдырудың орындылығы туралы қорытынды жасалған.

Түйінді сөздер: апаттылық, қауіпсіздік, жол қозғалысы, көлік, себептер, оқиғалар, прокурорлық қадағалау, жүргізуші.

Kazbekova Aisulu Bolatovna — leading researcher at the Interdepartmental Research Institute of the Academy of Law Enforcement Agencies under the Prosecutor General’s Office of the Republic of Kazakhstan, justice adviser (Republic of Kazakhstan, Kosshy);

Yermekova Zauresh Dzhumaevna — leading researcher at the Interdepartmental Research Institute of the Academy of Law Enforcement Agencies under the Prosecutor General’s Office of the Republic of Kazakhstan, senior adviser of justice (Republic of Kazakhstan, Kosshy)

THE STATE OF ROAD TRAFFIC ACCIDENTS IN THE REPUBLIC OF KAZAKHSTAN

Annotation. The article provides a comprehensive scientific and legal analysis of the causes and conditions of road traffic accidents in the Republic of Kazakhstan based on modern theoretical approaches and open statistical data. It is established that road traffic accidents have a complex and multi-level nature, formed under the influence of behavioral, infrastructural, technical, and institutional-legal factors. The predominance of the human factor in the structure of accident causes is intensified by deficiencies in road infrastructure, as well as organizational and managerial shortcomings in the activities of public authorities. The study reveals the fragmented nature of the existing prevention system, insufficient coordination among road safety stakeholders, and limited use of analytical data in decision-making processes. It is also noted that the current model of prosecutorial supervision is primarily focused on responding to committed offenses and does not fully realize its preventive potential. Road traffic accident rates should be considered as a result of systemic deficiencies in the functioning of the road safety system. Based on the analysis, the necessity of forming an integrated risk-based model aimed at preventing road traffic accidents is substantiated. The transformation of prosecutorial supervision into a proactive mechanism for identifying and eliminating the causes and conditions of accidents is justified, which will contribute to reducing accident rates and improving the effectiveness of public policy in the field of road safety.

Keywords: accidents, safety, road traffic, transportation, causes, incidens, prosecutorial supervision, drivers.

 

Введение. Обеспечение безопасности дорожного движения в Республике Ка­зах­стан является одной из приоритетных задач государственной политики, обус­ловленной высокой социальной значимостью последствий дорожно-транспортных происшествий (далее — ДТП)[1]. Автомобильные дороги, являясь ключевым эле­мен­том транспортной инфраструктуры, одновременно выступают источником повышенной опасности.

Несмотря на реализацию государственных программ, направленных на сни­же­ние аварийности, уровень ДТП и тяжесть их последствий остаются значи­тель­ными. Это обусловлено комплексным характером причин и условий аварийности, требующих системного научного осмысления.

Актуальность исследования подтверждается необходимостью формирования эффективных механизмов прокурорского надзора, способных обеспечить соблю­де­ние законодательства в сфере безопасности дорожного движения. При этом ава­рийность носит многофакторный характер и обусловлена совокупностью инфра­структурных, организационных и поведенческих факторов.

Дорожно-транспортное происшествие представляет собой сложное социаль­но-правовое явление, возникающее в результате взаимодействия человека, тран­спортного средства и дорожной среды.

Выделяются следующие основные группы причин ДТП:

  • человеческий фактор (нарушение ПДД, усталось, алкоголь);
  • дорожные условия (качество покрытия, освещенность, разметка);
  • техническое состояние транспортных средств;
  • организационно-управленческие факторы (контроль, надзор, координация).

Ежегодно в стране фиксируются десятки тысяч ДТП, значительная часть которых сопровождается тяжкими последствиями. Характерной особенностью яв­ля­ется:

  • высокая доля ДТП на автодорогах республиканского значения;
  • значительное количество аварий вне населенных пунктов;
  • устойчивость показателей смертности.

Прокурорский надзор выступает ключевым элементом обеспечения за­кон­ности в сфере безопасности дорожного движения[2].

Его основные функции включают:

  • надзор за соблюдением законодательства уполномоченными органами;
  • выявление причин и условий, способствующих ДТП;
  • внесение актов прокурорского реагирования;
  • координацию деятельности правоохранительных органов.

Материалы и методы. Методологическую основу исследования составили: диалектический метод познания, формально-юридический анализ законо­датель­ства Республики Казахстан, сравнительно-правовой анализ зарубежных моделей, статистический анализ открытых данных, системно-структурный подход.

Обсуждение и результаты. Результаты проведенного исследования подтвер­ж­дают, что дорожно-транспортная аварийность в Республике Казахстан не может быть раскрыта посредством изолированного анализа отдельных факторов. Напро­тив, она представляет собой сложное многоуровневое явление, формирующееся в ре­зультате взаимодействия поведенческих, инфраструктурных, институцио­наль­ных и правовых компонентов.

В современной научной литературе отсутствует единая концепция, позво­ля­ющая определить доминирующий фактор аварийности. Это обусловлено раз­ли­чиями в методологических подходах исследователей, а также сложностью самого объекта исследования.

Так, в рамках поведенческого подхода (Г. К. Каленов)[3], ключевое значение при­дается личности водителя как центральному элементу системы дорожного дви­жения. Данный подход базируется на статистических данных, свидетельствующих о высокой доле нарушений правил дорожного движения в структуре причин ДТП. Нарушение правил дорожного движения является основным источником дорожно-транспортных происшествий. Вместе с тем, чрезмерная концентрация на индиви­дуальном поведении участников дорожного движения приводит к игнорированию системных условий, способствующих совершению преступлений.

Инфраструктурный подход, развиваемый Т. В. Усковой[4], исходит из того, что уровень аварийности напрямую коррелирует с качеством. Улучшение дорожной инфраструктуры способно существенно снизить уровень смертности на дорогах. Однако даже при высоком уровне инфраструктурного развития полностью исклю­чить аварийность невозможно, что свидетельствует о необходимости учета иных факторов.

Вклад в развитие институционально-правового подхода внесла И. Ю. Бары­ше­ва[5]. В ее работах дорожно-транспортная аварийность рассматривается как результат недостатков функционирования системы государственного управления. В частности подчеркивается, что правонарушение является не только актом ин­дивидуального поведения, но и отражением социальных условий, в которых оно совершается.

Таким образом, проведенный анализ свидетельствует о необходимости фор­ми­рования интегративной концепции, объединяющей указанные подходы. В рамках данной концепции дорожно-транспортная аварийность рассматривается как результат системного сбоя в функционировании всей модели обеспечения без­опасности дорожного движения.

С теоретико-правовой точки зрения, ДТП следует рассматривать не только как следствие индивидуального правонарушения, но и как индикатор недостатков функционирования государственного механизма обеспечения безопасности. Это позволяет сместить акцент с выявления виновного лица на анализ причин и условий, способствовавших совершению правонарушения.

В данном контексте особую значимость приобретает категория «условия, способствующие совершению правонарушений», традиционно используемая в прокурорской деятельности. Как показывает практика, данные условия в сфере дорожного движения носят системный характер и включают:

  • недостаточную эффективность контроля за соблюдением правил дорожного движения;
  • отсутствие комплексной аналитики причин аварийности;
  • формальный характер профилактических мероприятий;
  • недостаточную координацию между государственными органами;
  • пробелы в правовом регулировании.

При этом следует отметить, что существующая система профилактики ДТП в Республике Казахстан в значительной степени ориентирована на устранение по­следствий, а не причин аварийности. Это проявляется в преобладании карательных мер над превентивными, а также в отсутствии долгосрочных стратегий управления рисками.

В последние годы в научной литературе активно развивается системный (ин­тегративный) подход, получивший отражение в зарубежных концепциях Vision Zero и Safe System. Данные модели, исходят из признания неизбежности чело­ве­ческих ошибок и необходимости построения такой системы дорожного движения, которая минимизирует последствия этих ошибок.

Ключевым элементом современной модели дорожной безопасности является перераспределение ответственности между участниками дорожного движения и государством. При этом государство должно обеспечивать такие условия, при ко­торых даже при наличии ошибок со стороны водителей вероятность наступления тяжких последствий будет минимизирована.

Сопоставление указанных подходов с национальной практикой позволяет вы­явить существенные различия. В Республике Казахстан ответственность за ДТП в значительной степени возлагается на участников дорожного движения, тогда как институциональные и инфраструктурные факторы остаются вторичными.

Особое место в системе обеспечения безопасности дорожного движения зани­мает прокурорский надзор, который по своей правовой природе направлен на выявление и устранение причин и условий правонарушений. Однако проведенный анализ показывает, что в рассматриваемой сфере прокурорский надзор реализует свой потенциал не в полной мере.

К основным проблемам следует отнести:

  • преимущественно реактивный характер надзорной деятельности;
  • недостаточное использование аналитических инструментов;
  • отсутствие системного подхода к выявлению причин аварийности;
  • ограниченное взаимодействие с иными государственными органами.

Фактически прокурорский надзор концентрируется на проверке законности уже совершенных действий, не обеспечивая должного уровня превентивного воз­действия.

В этой связи представляется необходимым переосмысление роли проку­ра­туры в системе обеспечения безопасности дорожного движения.

Заключение и выводы. На основании изложенного прокурорский надзор дол­жен рассматриваться не только как инструмент контроля за соблюдением законодательства, но и как механизм стратегического управления рисками в сфере дорожного движения.

Это предполагает:

  • переход к проактивной модели надзора, основанной на анализе данных;
  • внедрение цифровых инструментов мониторинга ДТП;
  • формирование единой системы учета причин и условий аварийности;
  • усиление координационной роли прокуратуры.

Кроме того, представляется целесообразным внедрение риск-ориентиро­ван­но­го подхода, предусматривающего выявление наиболее опасных участков дорож­ной сети и концентрацию профилактических мер именно в этих зонах.

Важным направлением является также разработка критериев оценки эффек­тивности деятельности государственных органов в сфере безопасности дорожного движения, включая введение соответствующих показателей для акиматов.

Эффективное снижение дорожно-транспортной аварийности возможно толь­ко при условии комплексного воздействия на элементы системы: человека, тран­спортное средство, дорожную инфраструктуру и государственное управление.

Игнорирование хотя бы одного из указанных элементов неизбежно приводит к снижению эффективности принимаемых мер и сохранению негативных тенден­ций в сфере безопасности дорожного движения.

Список литературы

  1. Закон Республики Казахстан от 17 апреля 2014 года № 194-V «О дорожном движении» // https://adilet.zan.kz/rus
  2. Конституционный закон Республики Казахстан от 5 ноября 2022 года № 155-VII «О прокуратуре» // https://adilet.zan.kz/rus
  3. Каленов Г. К. Повышение безопасности дорожного движения в Республике Казахстан: Дис. …. канд. техн. наук. — М., 2008.
  4. Ускова Т. В. Транспортная инфраструктура как фактор развития террито­рий и связанности экономического пространства // Проблемы развития террито­рии. — 2021. — Т. 25. № 3. — С. 7-22.
  5. Барышева И. Ю. Совершенствование управления транспортной инфраст­рук­туры региона // Управление экономическими системами. Электрон. научн. журнал. 2014. https://cyberleninka.ru/article/n/sovershenstvovanie-upravleniya-transportnoy-infrastruktury-regiona

References

  1. Zakon Respubliki Kazakhstan ot 17 aprelya 2014 goda № 194-V «O dorozhnom dvizhenii» // https://adilet.zan.kz/rus
  2. Konstitysionii Zakon Respubliki Kazakhstan ot 5 noibra 2022 goda «O prokurature» // https://adilet.zan.kz/rus
  3. Kalenov G. K. Povysheniye bezopasnosti dorozhnogo dvizheniya v Respublike Kazakhstan: Dis. …. kand. tekhn. nauk. — M., 2008.
  4. Uskova T.V. Transportnaya infrastruktura kak faktor razvitiya territoriy i svyazannosti ekonomicheskogo prostranstva // Problemy razvitiya territorii. — 2021. — Т. 25. № 3. — S. 7-22.
  5. Barysheva I. Yu. Sovershenstvovanie upravleniya transportnoy infrastruktury regiona // Upravlenie ekonomicheskimi sistemami. Elektron. nauchn. zhurnal. 2014. https://cyberleninka.ru/article/n/sovershenstvovanie-upravleniya-transportnoy-infrastruktury-regiona

МРНТИ 10.77.51

УДК 343.3/.7

Касимова Мадина Орынбаевна — ведущий научный сотрудник межведомст­венного научно-исследовательского института Академии правоохранительных органов при Генеральной прокуратуре Республики Казахстан, советник юстиции (Республика Казахстан, г. Косшы);

Каиржанова Дина Каиркельдиновна — ведущий научный сотрудник межведомст­венного научно-исследовательского института Академии правоохранительных органов при Генеральной прокуратуре Республики Казахстан, советник юстиции (Республика Казахстан, г. Косшы);

Баданова Анна Николаевна — старший научный сотрудник межведомст­венного научно-исследовательского института Академии правоохранительных органов при Генеральной прокуратуре Республики Казахстан, доктор философии (PhD), младший советник юстиции (Республика Казахстан, г. Косшы)

ПОНЯТИЕ И ПРАВОВАЯ ПРИРОДА КИБЕРПРЕСТУПЛЕНИЙ В УСЛОВИЯХ ЦИФРОВОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН

Аннотация. В настоящей статье осуществляется комплексное, системное ис­сле­дование теоретико-правовых аспектов киберпреступности, которая рассматри­вается авторами как исключительно сложное, многогранное социально-правовое явление, приобретающее первостепенное значение в современных условиях гло­бальной и национальной цифровой трансформации Республики Казахстан. По­сколь­ку процессы интенсивного внедрения информационных технологий затраги­вают все сферы жизни общества, возникает острая необходимость глубокого тео­ретического осмысления правовой основы противодействия угрозам в инфор­ма­ци­онной среде. В рамках данной статьи подробно, с позиций современной юри­ди­ческой науки, анализируются различные доктринальные подходы к формули­ро­ва­нию и определению таких фундаментальных базовых дефиниций, как «киберпре­ступ­ление» и «киберпространство». В статье последовательно раскрывается су­щ­ностная правовая природа киберпреступлений с точки зрения общих принципов тео­рии права. Помимо внутригосударственного уровня, предмет исследования все­цело охватывает вопросы целесообразности, необходимости и механизмов им­пле­ментации признанных международных правовых стандартов в национальную систему. В частности, проводится теоретико-правовой анализ положений Конвен­ции Организации Объединенных Наций против киберпреступности, исследуются перспективы адаптации и гармоничной интеграции ее норм в правовое поле Казах­стана для обеспечения соответствия национального законодательства глобальным тенденциям правового регулирования.

Ключевые слова: киберпреступление, цифровая трансформация, правовая при­рода, кибербезопасность, информационно-коммуникационные технологии, Республика Казахстан, искусственный интеллект, законотвор­чество, уголовная ответственность.

Касимова Мадина Орынбайқызы — Қазақстан Республикасы Бас прокура­турасының жанындағы Құқық қорғау органдары академиясы ведомствоаралық ғылыми-зерттеу институтының жетекші ғылыми қызметкері, әділет кеңесшісі (Қазақстан Республикасы Қосшы қ.);

Қаиржанова Дина Қайыркелдіқызы — Қазақстан Республикасы Бас прокура­турасының жанындағы Құқық қорғау органдары академиясы ведомство­аралық ғылыми-зерттеу институтының жетекші ғылыми қызметкері, әділет кеңесшісі (Қазақстан Республикасы Қосшы қ.);

Баданова Анна Николаевна — Қазақстан Республикасы Бас прокура­тура­сы­ның жанындағы Құқық қорғау органдары академиясы ведомствоаралық ғылыми-зерттеу институтының аға ғылыми қызметкері, (PhD) философия докторы, кіші әділет кеңесшісі (Қазақстан Республикасы Қосшы қ.)

ҚАЗАҚСТАН РЕСПУБЛИКАСЫНЫҢ ЦИФРЛЫҚ ТРАНСФОРМАЦИЯСЫ ЖАҒДАЙЫНДАҒЫ КИБЕРҚЫЛМЫСТАРДЫҢ ҰҒЫМЫ МЕН ҚҰҚЫҚТЫҚ ТАБИҒАТЫ

Түйін. Бұл мақалада қазіргі таңдағы Қазақстан Республикасының жаһандық және ұлттық цифрлық трансформациясы жағдайында бірінші кезектегі маңызға ие болып отырған, авторлар тарапынан ерекше күрделі, көпқырлы әлеуметтік-құқық­тық құбылыс ретінде қарастырылатын киберқылмыстың теориялық-құқықтық ас­пектілеріне кешенді, жүйелі зерттеу жүргізіледі. Ақпараттық технологияларды қар­қынды енгізу процестері қоғам өмірінің барлық салаларын қамтитындықтан, ақпараттық ортадағы қатерлерге қарсы іс-қимылдың құқықтық негіздерін терең теориялық пайымдаудың өзекті қажеттілігі туындайды. Осы мақала аясында қазір­гі заманауи заң ғылымы тұрғысынан «киберқылмыс» және «киберкеңістік» сияқты іргелі базалық дефиницияларды тұжырымдау мен анықтауға бағытталған түрлі доктриналық тәсілдер егжей-тегжейлі талданады. Мақалада киберқылмыстардың мәндік құқықтық табиғаты құқық теориясының жалпы принциптері тұрғысынан дәйекті түрде ашып көрсетілген.

Зерттеу нысаны мемлекетішілік деңгейден бөлек, танылған халықаралық құ­қықтық стандарттарды ұлттық жүйеге имплементациялаудың орындылығы, қа­жет­тілігі мен тетіктері мәселелерін толықтай қамтиды. Атап айтқанда, Біріккен Ұлт­тар Ұйымының Киберқылмысқа қарсы конвенциясының ережелеріне теория­лық-құқықтық талдау жасалып, ұлттық заңнаманың құқықтық реттеудегі жаһан­дық үрдістерге сәйкестігін қамтамасыз ету үшін оның нормаларын Қазақстанның құқықтық өрісіне бейімдеу және үйлесімді интеграциялау перспективалары зерт­теледі.

Түйінді сөздер: киберқылмыс, цифрлық трансформация, құқықтық табиғат, киберқауіпсіздік, ақпараттық-коммуникациялық технологиялар, Қазақстан Рес­пуб­ликасы, жасанды интеллект, заң шығармашылығы, қылмыстық жауаптылық.

Kasimova Madina Orynbaevna — leading researcher of the Interdepartmental Scientific Research Institute of the Law Enforcement Academy under the Prosecutor General’s Office of the Republic of Kazakhstan, counselor of justice (Republic of Kazakhstan, Kosshy);

Kairzhanova Dina Kairkeldinovna — leading researcher of the Interdepartmental Scientific Research Institute of the Law Enforcement Academy under the Prosecutor General’s Office of the Republic of Kazakhstan, counselor of justice (Republic of Kazakhstan, Kosshy);

Badanova Anna Nikolaevna — senior researcher of the Interdepartmental Scientific Research Institute of the Law Enforcement Academy under the Prosecutor General’s Office of the Republic of Kazakhstan, PhD, junior counselor of justice (Republic of Kazakhstan, Kosshy)

CONCEPT AND LEGAL NATURE OF CYBERCRIMES IN THE CONTEXT OF DIGITAL TRANSFORMATION OF THE REPUBLIC OF KAZAKHSTAN

Annotation. This article presents a comprehensive and systemic study of the theoretical and legal aspects of cybercrime, which the authors view as an exceptionally complex, multifaceted socio-legal phenomenon. This issue is gaining paramount importance amidst the current global and national digital transformation of the Republic of Kazakhstan. As the intensive implementation of information technologies affects all spheres of society, there is an urgent need for a profound theoretical understanding of the legal framework for countering threats in the information environment. Within the scope of this article, various doctrinal approaches to defining fundamental concepts such as «cybercrime» and «cyberspace» are analyzed in detail from the perspective of modern legal science. The article consistently reveals the essential legal nature of cybercrimes through the prism of general principles of the theory of law.

Beyond the domestic level, the scope of the study fully encompasses the feasibility, necessity, and mechanisms for implementing recognized international legal standards into the national system. Specifically, a theoretical and legal analysis of the provisions of the United Nations Convention Against Cybercrime is conducted. The study explores the prospects for the adaptation and harmonious integration of these norms into Kazakhstan’s legal field to ensure national legislation aligns with global trends in legal regulation.

Keywords: cybercrime, digital transformation, legal nature, cybersecurity, information and communication technologies, Republic of Kazakhstan, artificial intelligence, lawmaking, criminal liability.

 

Введение. Современный мир практически невозможно представить без новых информационных технологий, в основе которых лежит широкое использование компьютерной техники и новейших средств коммуникаций. Сегодня компьютеры внедряются в различные области человеческой деятельности. Все важнейшие функ­ции современного общества, так или иначе, связаны с компьютерами, ком­пью­терными сетями и компьютерной информацией.

В результате чего, значительно возросло количество интернет-пользователей, ведь подключения к глобальной сети стало доступным и удобным. Сегодня персо­нальный компьютер, мобильный телефон с подключением к интернету восприни­мается как должное и необходимое. Популярность интернета неслучайна, ведь он обеспечивает круглосуточный доступ к огромному количеству информации, быс­трую передачу данных, возможность проведения банковских, торговых, биржевых операций, перевод средств и многое другое.

Глобальный процесс цифровизации коренным образом изменил структуру об­щественных отношений. Республика Казахстан, реализуя государственные про­грам­мы, в частности, национальный проект «Технологический рывок за счет циф­ро­визации, науки и инноваций», достигла значительных успехов во внедрении эле­ментов электронного правительства (e-Gov), цифровизации финансового сектора и предоставлении онлайн-услуг. Однако глубокая интеграция информационно-ком­муникационных технологий (ИКТ) во все сферы жизни общества породила и новые угрозы.

Цифровая трансформация, провозглашенная стратегическим курсом развития Республики Казахстан, влечет за собой не только позитивные социально-эконо­ми­ческие изменения, но и появление новых вызовов и угроз. Одной из наиболее сер­ьез­ных угроз национальной безопасности становится киберпреступность, которая в условиях глобализации и тотальной цифровизации приобретает трансграничный и высоколатентный характер.

Киберпреступность приобрела международные масштабы, количество пре­ступ­лений в сфере информационных технологий постоянно растет. Серьезное бес­покойство вызывает использование и распространение программ-вирусов, «троя­нов», фишинговых программ, распространение фактов несанкционированного доступа к государственным информационным ресурсам, хищение информации из баз данных, уничтожение и модификация данных в информационных системах, перехват информации.

«Киберпреступность», «хакеры», «компьютерный взлом», «кража информа­ции» — эти термины уже перестали быть экзотикой для юристов. Проблемы про­ти­водействия преступлениям в сфере использования компьютерной техники ак­тив­но обсуждаются учеными, достаточно быстро развивается практика примене­ния соответствующих норм законодательства об уголовной ответственности[1].

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев неоднократно акцентировал вни­мание на необходимости кардинального пересмотра методов борьбы с киберпреступностью, отмечая, что раскрываемость таких деяний остается крайне низкой. В частности, было подчеркнуто, что только одно из пяти интернет-мошен­ничеств раскрывается, что требует от правоохранительных органов работы «на опережение»[2].

Актуальность исследования обусловлена необходимостью четкого доктри­наль­ного определения понятия и правовой природы киберпреступлений для выра­ботки эффективных мер противодействия и совершенствования законодательства.

Материалы и методы. Нормативную, эмпирическую и теоретическую базу сос­тавили:

  • Национальное законодательство: Конституция Республики Казахстан, Уго­ловный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Казахстан, а также стра­те­гические документы и нормативные правовые акты, регулирующие сферу ин­фор­матизации и обеспечения кибербезопасности государства.
  • Международные правовые акты: Конвенция ООН против киберпрес­туп­нос­ти и иные международные стандарты в области противодействия транснацио­наль­ной информационной преступности.
  • Доктринальные источники: Фундаментальные труды и современные публи­ка­ции отечественных и зарубежных ученых-правоведов в области уголовного пра­ва, криминологии, теории государства и права, посвященные проблемам правового регулирования виртуальной среды.

Методологическую основу статьи составил всеобщий диалектический метод познания социально-правовых явлений, позволивший рассмотреть кибер­преступ­ность в ее непрерывном развитии и неразрывной взаимосвязи с процессами циф­ровой трансформации общества.

Обсуждение и результаты. На сегодняшний день в международной и нацио­наль­ной доктрине уголовного права нет единого, универсального определения ки­берпреступности. В широком смысле под киберпреступлениями понимаются лю­бые общественно опасные деяния, совершаемые в киберпространстве с использо­ва­нием компьютерных систем или компьютерных сетей.

Анализ современных подходов, в частности представленных в работе А. А. Пав­ло­вой, показывает, что понятия «компьютерная преступность» и «кибер­преступность» все чаще рассматриваются как тождественные, охватывающие де­яния, совершаемые с использованием электронных или информационно-телеком­му­никационных сетей[3].

В казахстанском законодательстве долгое время отсутствовало легальное оп­ре­деление киберпреступления, а в Уголовном кодексе РК используется термин «уго­ловные правонарушения в сфере информатизации и связи» (Глава 7)[4]. Однако развитие правовой системы и необходимость гармонизации с международными ак­тами требуют более широкого подхода.

В проекте модельного закона «О противодействии киберпреступности» пред­ла­гается понимать под киберпреступлением преступление, совершенное в кибе­рпространстве. Киберпространство при этом определяется как цифровая среда, воз­никающая в результате взаимодействия людей, программного обеспечения и сер­висов в информационно-телекоммуникационных сетях. Ключевой особен­нос­тью киберпреступлений является то, что они могут быть как строго компью­тер­ными, так и традиционными, но совершенными с использованием ИКТ. Такой ши­рокий подход позволяет адекватно отразить правовую природу этих деяний.

Правовая природа и классификация киберпреступлений.

Правовая природа киберпреступлений в Казахстане характеризуется дуа­лиз­мом. С одной стороны, это преступления, непосредственно посягающие на конфи­ден­циальность, целостность и доступность компьютерных данных и систем. С дру­гой стороны, информационно-коммуникационные технологии выступают в ка­честве инструмента (средства) совершения общеуголовных преступлений.

Анализ показывает, что современная киберпреступность в Казахстане все ча­ще проявляется в виде масштабных утечек персональных данных, онлайн-мо­шен­ничества, а также применения технологий искусственного интеллекта в преступ­ных схемах и обладает рядом специфических характеристик, обусловленных са­мой средой их совершения:

  1. Трансграничный характер: Киберпреступник может находиться за преде­лами юрисдикции Республики Казахстан, атакуя серверы отечественных банков или государственные базы данных. Это создает колоссальные трудности для ква­лификации деяния, определения подследственности и привлечения к ответ­ст­венности.
  2. Специфика объекта посягательства: Родовым объектом выступают об­щественные отношения, обеспечивающие безопасное использование, хранение и передачу компьютерной информации, а также нормальное функционирование ин­формационных систем.
  3. Высокая латентность и скорость трансформации: Преступники исполь­зуют передовые технологии (социальная инженерия, фишинг, использование крип­товалют для легализации доходов, дипфейки). Правовая система, в силу своей консервативности, часто отстает от скорости эволюции криминальных схем.
  4. Нематериальность следов: Доказательственная база строится на цифровых следах (IP-адреса, логи, метаданные), что требует особых процессуальных правил их изъятия, фиксации и проведения сложных компьютерно-технических экспер­тиз[5].

В связи с этим, Президент Республики Казахстан поручил рассмотреть воз­можность закрепления защиты персональных данных на конституционном уровне.

В проекте новой Конституции Республики Казахстан предусмотрен ряд су­ще­ственных изменений, направленных на усиление защиты прав и свобод человека. Одним из ключевых нововведений стало переосмысление Раздела II, в частности статьи 21, посвященной праву на неприкосновенность частной жизни.

Впервые на конституционном уровне прямо признается, что основные угрозы правам человека сегодня во многом связаны с цифровым пространством. До нас­тоя­щего времени нормы Конституции защищали частную жизнь без учета цифро­вой реальности, несмотря на то что переписка, персональные данные, финансовая информация и цифровая история действий давно стали объектами повышенного интереса — не только со стороны государства и корпораций, но и со стороны мо­шенников.

Проект Конституции устраняет этот правовой разрыв и закрепляет защиту прав граждан в цифровой среде.

Это означает, что доступ к персональным данным, контроль за комму­ни­ка­циями, а также сбор и обработка информации перестают рассматриваться как су­губо технические вопросы. Такие действия получают статус конституционно чув­ст­вительных и допускаются исключительно в строго ограниченных и законода­тельно регламентированных случаях.

Проект выстраивает права, свободы и обязанности человека в единой логике, устраняя устаревшее разделение между классическими конституционными пра­ва­ми и реальностью, в которой цифровые технологии кардинально изменили спосо­бы общения, хранения информации и контроля.

Кроме того, проект уточняет и усиливает гарантии:

  • неприкосновенности личной и семейной тайны;
  • тайны банковских операций, вкладов и сбережений;
  • тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых и иных сообщений, включая электронные формы коммуникации.

Таким образом, понятие частной жизни в Конституции получает более широ­кое и актуальное содержание, соответствующее современным цифровым и финан­совым реалиям. Это создает четкие правовые рамки для любых действий, способ­ных затрагивать конфиденциальность граждан, в том числе при проведении след­ственных и оперативных мероприятий[6].

Институциональные и правовые механизмы противодействия.

Эффективная борьба с киберпреступностью невозможна без выстраивания ком­п­лексной системы, объединяющей усилия различных государственных ве­домств, частного сектора и гражданского общества. В Республике Казахстан на се­годняшний день сформирована многоуровневая архитектура противодействия уго­ловным правонарушениям в информационной сфере, включающая институ­циональные, нормативно-правовые и превентивные механизмы[7].

Архитектура государственной системы информационной безопасности и борь­бы с киберугрозами в Казахстане опирается на межведомственное взаимо­действие следующих ключевых субъектов:

  1. Органы прокуратуры: выступают важнейшим звеном, осуществляющим выс­ший надзор за точным и единообразным применением законов, в том числе в сфере цифровых технологий. Прокуратура координирует деятельность правоох­ра­нительных органов по борьбе с киберпреступностью, обеспечивая законность при про­ведении негласных следственных действий и сборе электронных доказа­тельств.
  2. Министерство внутренних дел: осуществляет непосредственную опера­тивно-розыскную и следственную работу. В структуре МВД функционирует спе­циализированный Центр по борьбе с киберпреступностью, задачей которого явля­ется раскрытие интернет-мошенничеств, преступлений против информационной безопасности и координация подразделений.
  3. Комитет национальной безопасности и АО «Государственная техни­че­ская служба»: обеспечивают защиту критически важных объектов информа­ци­онно-коммуникационной инфраструктуры страны. На базе ГТС функционирует На­циональная служба реагирования на компьютерные инциденты (KZ-CERT).
  4. Министерство цифрового развития, инноваций и аэрокосмической про­мышленности: формирует государственную политику в сфере информационной безопасности, регулирует оборот цифровых активов и защиту персональных дан­ных.

Правовой фундамент противодействия киберпреступности, помимо Уголов­ного и Уголовно-процессуального кодексов Республики Казахстан, формируют профильные законы:

  • Закон Республики Казахстан от 24 ноября 2015 года № 418-V «Об ин­форматизации», закрепляющий базовые понятия информационной безопасности и обязанности собственников информационных систем;
  • Закон Республики Казахстан Закон Республики Казахстан от 21 мая 2013 года N 94-V «О персональных данных и их защите», устанавливающий строгие регламенты сбора и обработки цифровых следов граждан;
  • Закон Республики Казахстан «О связи», определяет обязанности операторов связи, в том числе в части взаимодействия с правоохранительными органами, хранения данных о соединениях (биллинг) и ограничения доступа к противо­прав­ному контенту по предписаниям уполномоченных органов;
  • Закон Республики Казахстан от 6 февраля 2023 года № 193-VII «О цифровых активах в Республике Казахстан», вводит в правовое поле понятия обеспеченных и необеспеченных цифровых активов (криптовалют). Это критически важно, так как киберпреступники активно используют цифровые активы для легализации (отмывания) преступных доходов;
  • Цифровой кодекс Республики Казахстан от 9 января 2026 года № 255-VIII ЗРК. Данный новый концептуальный документ призван систематизировать и уни­фицировать разрозненные нормы в сфере цифровизации, управления данными и за­щиты цифровых прав граждан. Ожидается, что принятие единого Цифрового ко­декса позволит устранить существующие коллизии и пробелы в законодательстве, заложив фундаментальную правовую экосистему для более эффективного про­тиводействия инновационным формам киберугроз.

Важнейшим шагом на пути гармонизации национального законодательства с международными стандартами стало подписание Казахстаном Конвенции ООН против киберпреступности в октябре 2025 года. Документ направлен на укреп­ление международного сотрудничества в борьбе с преступлениями в сфере инфор­мационно-коммуникационных технологий и повышение глобального уровня ки­бер­безопасности. Присоединение к конвенции позволяет Казахстану:

  • оперативно обмениваться электронными доказательствами с другими стра­на­ми, что критически важно для расследования трансграничных киберпреступ­лений;
  • расширять юрисдикцию, привлекая к ответственности лиц не только за пре­ступления, совершенные на территории страны, но и за те, которыми причинен вред гражданам или юридическим лицам Республики Казахстан за рубежом;
  • надежнее защищать граждан от интернет-мошенничества, кибератак и дру­гих угроз в цифровом пространстве.

Несмотря на наличие развитой нормативной базы, правовой механизм требует постоянной адаптации. В частности, актуальной остается задача имплементации международных стандартов расследования киберпреступлений и упрощения про­цедур трансграничного обмена цифровыми доказательствами с зарубежными юрис­дикциями и транснациональными IT-корпорациями.

Анализ практики показывает, что исключительно карательные меры недос­таточны. Поскольку вектор атак злоумышленников направлен преимущественно на методы социальной инженерии («взлом человека»), критическое значение при­обретает виктимологическая профилактика[8].

Масштабная цифровая трансформация диктует необходимость системной ра­бо­ты по повышению правовой и цифровой грамотности населения. Это требует мас­штабной разработки и внедрения актуальных учебно-методических мате­риа­лов (пособий, памяток, справочников и руководств), которые доступным языком разъясняли бы гражданам основы кибергигиены, алгоритмы защиты персо­наль­ных данных и механизмы противодействия мошенникам.

Симбиоз жесткого правового регулирования, эффективной работы право­ох­ра­нительного блока и высокой правовой культуры населения является единственным надежным щитом в условиях цифровизации.

Заключение. Киберпреступления в условиях цифровой трансформации Рес­публики Казахстан представляют собой сложный, многовекторный феномен. Их правовая природа дуалистична: с одной стороны, это посягательства на саму ин­формационную инфраструктуру, с другой — использование этой инфраструктуры для совершения традиционных имущественных и иных преступлений.

Для эффективного противодействия киберпреступности в Казахстане необ­ходимо:

  1. Модернизация уголовно-процессуального законодательства Республики Ка­захстан. Законодательство не должно отставать от технологий. Требуется даль­нейшая детализация и адаптация составов преступлений, связанных с использо­ва­нием алгоритмов искусственного интеллекта (включая дипфейки), неправо­мер­ным оборотом обеспеченных и необеспеченных цифровых активов, а также кра­жей и компрометацией цифровой личности. Необходима разработка четких уго­ловно-процессуальных норм, регламентирующих статус «облачных» данных как вещественных доказательств.
  2. Гармонизация законодательства. Ратификация ключевых международных конвенций для обеспечения правовой базы трансграничного преследования пре­ступников.
  3. Развитие цифровой криминалистики. Повышение квалификации сотруд­ников правоохранительных органов в сфере сбора и процессуального закрепления электронных доказательств.
  4. Формирование массовой правовой и цифровой грамотности. Никакие тех­нические средства защиты не будут эффективны без устранения главной уязви­мости — «человеческого фактора». Неотъемлемой частью государственной поли­тики должна стать масштабная виктимологическая профилактика. Разработка и внедрение доступных образовательных материалов, направленных на повышение правовой культуры и кибергигиены широких слоев населения, позволит пресекать значительную долю интернет-мошенничеств на этапе покушения.

Только комплексный подход, сочетающий превентивные меры, повышение цифровой грамотности населения и гибкое, современное законодательство, поз­волит Казахстану обеспечить национальную информационную безопасность в эпоху глобальной цифровизации.

Список литературы

  1. Дадашов Р. Ф. Противодействие киберпреступности в Республике Казах­стан и зарубежных странах: криминологический и виктимологический аспекты // Образование. Наука. Научные кадры. — 2023. — № 3. — С. 95-98.
  2. Токаев обозначил новые цифровые угрозы: масштабные утечки данных, мошенничество и ИИ // Zakon.kz. 2026. 10 февраля.
  3. Павлова А. А. Понятие компьютерной преступности // Вестник Северо-Вос­точного федерального университета имени М. К. Аммосова. Серия «Обществен­ные науки». — 2024. — № 4. — С. 27-32.
  4. Уголовный кодекс Республики Казахстан от 3 июля 2014 года № 226-V // http: online.zakon.kz
  5. Нуреписова А. К. Информационная безопасность и защита информации по уголовному законодательству Республики Казахстан // Сб. мат-лов Международ. научн-практ. конф., посвященной 65-летию Сибирского Университета потреби­тель­ской кооперации (СибУПК) / Под ред. Р. А. Прощалыгина. — Новосибирск, 2020. — С. 235-242.
  6. Проект Конституции: защита прав человека в цифровой среде // https://basnews.kz/ru/news/58179
  7. Kambarov A., Karazhanov M., Sabitov S., Baigundinov Y., Temirgazin R. Measures to Prevent Criminal Offences in the field of Informatisation and Communi­cations in the Republic of Kazakhstan // The Law, State and Telecommunications Review. — 2024. — Vol. 16.
  8. Kazakhstan Joins UN Convention to Combat Cybercrime // The Astana Times. 2025. 8 October.

References

  1. Dadashov R. F. Protivodeystviye kiberprestupnosti v Respublike Kazakh¬stan i zarubezhnykh stranakh: kriminologicheskiy i viktimologicheskiy aspekty // Obrazovaniye. Nauka. Nauchnyye kadry. — 2023. — № 3. — S. 95-98.
  2. Tokayev oboznachil novyye tsifrovyye ugrozy: masshtabnyye utechki dannykh, moshennichestvo i II // Zakon.kz. 2026. 10 fevralya.
  3. Pavlova A. A. Ponyatiye komp’yuternoy prestupnosti // Vestnik Severo-Vos-tochnogo federal’nogo universiteta imeni M. K. Ammosova. Seriya «Obshchestven-nyye nauki». — 2024. — № 4. — S. 27-32.
  4. Ugolovnyy kodeks Respubliki Kazakhstan ot 3 iyulya 2014 goda № 226-V // http: online.zakon.kz
  5. Nurepisova A. K. Informatsionnaya bezopasnost’ i zashchita informatsii po ugolovnomu zakonodatel’stvu Respubliki Kazakhstan // Sb. mat-lov Mezhdunarod. nauchn-prakt. konf., posvyashchennoy 65-letiyu Sibirskogo Universiteta potrebi-tel’¬skoy kooperatsii (SibUPK) / Pod red. R. A. Proshchalygina. — Novosibirsk, 2020. — S. 235-242.
  6. Proyekt Konstitutsii: zashchita prav cheloveka v tsifrovoy srede // https://basnews.kz/ru/news/58179
  7. Kambarov A., Karazhanov M., Sabitov S., Baigundinov Y., Temirgazin R. Measures to Prevent Criminal Offences in the field of Informatisation and Communi­cations in the Republic of Kazakhstan // The Law, State and Telecommunications Review. — 2024. — Vol. 16.
  8. Kazakhstan Joins UN Convention to Combat Cybercrime // The Astana Times. 2025. 8 October.

МРНТИ 10.81.00

УДК 343.9

Климова Лилия Адилбековна — Батыс Қазақстан инновациялық-технологиялық университеті, Тарих және құқық кафедрасының аға оқытушысы, заң ғылымдарының магистрі (Қазақстан Республикасы, Орал қ.)

КӘМЕЛЕТКЕ ТОЛМАҒАНДАР АРАСЫНДАҒЫ ҚҰҚЫҚ БҰЗУШЫЛЫҚТЫҢ ПСИХОЛОГИЯЛЫҚ ЕРЕКШЕЛІКТЕРІ

Түйін. Мақалада кәмелетке толмағандар арасындағы құқық бұзушылықтың психологиялық ерекшеліктері кешенді түрде қарастырылады. Сонымен қатар, жас­өс­пірімдік кезеңге тән психологиялық даму заңдылықтары, тұлғалық қалыпта­су­дың негізгі кезеңдері және олардың құқыққа қарсы мінез-құлықтың пайда болуына ықпалы талданады. Жасөспірімдердің эмоциялық тұрақсыздығы, импульсивтілігі, агрессия деңгейі, өз-өзіне баға беру ерекшеліктері мен әлеуметтік бейімделу дең­гей­і­нің төмен болуы құқық бұзушылықтың психологиялық алғышарттары ретінде си­пат­талады. Отбасылық тәрбиенің рөлі, ата-ана мен бала арасындағы қарым-қа­ты­настың сапасы, әлеуметтік ортаның, әсіресе құрдастар тобының әсері ерекше атап өтіледі. Құқық бұзушы жасөспірімдердің мінез-құлқындағы девиантты көрі­ніс­тердің психологиялық сипаттамасы беріліп, олардың заң нормаларын қабылдау және жауапкершілікті сезіну деңгейі талданады. Кәмелетке толмағандар арасын­да­ғы құқық бұзушылықтың алдын алуда психологиялық профилактиканың маңыз­дылығын көрсетеді. Жасөспірімдермен жүргізілетін психологиялық түзету және ал­дын алу жұмыстарының негізгі бағыттары ұсынылып, білім беру ұйымдары, от­басы және әлеуметтік институттардың бірлескен әрекетінің қажеттілігі негізде­леді. Мақа­лада қарастырылған тұжырымдар педагогтар, психологтар, әлеуметтік қызметкер­лер және құқық қорғау саласының мамандары үшін тәжірибелік маңыз­ға ие.

Түйінді сөздер: кәмелетке толмағандар, құқық бұзушылық, жасөспірім психологиясы, агрессия, отбасылық тәрбие, девиантты мінез-құлық, әлеуметтік орта, жауапкершілік.

Климова Лилия Адилбековна — старший преподаватель кафедры истории и права Западно-Казахстанского инновационно-технологического университета, магистр юридических наук (Республика Казахстан, г. Уральск)

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПРАВОНАРУШЕНИЙ СРЕДИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

Аннотация. В статье комплексно рассматриваются психологические особен­нос­ти правонарушений среди несовершеннолетних. Кроме того, анализируются за­кономерности психологического развития, характерные для подросткового воз­раста, основные этапы формирования личности и их влияние на возникновение про­тивоправного поведения. Эмоциональная неустойчивость подростков, импуль­сив­ность, уровень агрессии, особенности самооценки и низкий уровень соци­аль­ной адаптации характеризуются как психологические предпосылки правонару­ше­ния. Особо подчеркивается роль семейного воспитания, качество отношений меж­ду родителями и детьми, влияние социальной среды, особенно группы сверст­ни­ков. Дается психологическая характеристика девиантных проявлений в поведении подростков-правонарушителей, анализируется уровень их принятия норм права и чувства ответственности. Показывает важность психологической профилактики в профилактике правонарушений среди несовершеннолетних. Предложены основ­ные направления психологической коррекционной и профилактической работы с подростками, обоснована необходимость совместной деятельности организаций об­разования, семьи и социальных институтов. Выводы, рассмотренные в статье, имеют практическое значение для педагогов, психологов, социальных работников и специалистов правоохранительной сферы.

Ключевые слова: несовершеннолетние, правонарушения, подростковая психология, агрессия, семейное воспитание, девиантное поведение, социальная среда, ответственность.

Klimova Lilia Adilbekovna — senior lecturer at the Department of History and Law of the West Kazakhstan University of Innovation and Technology, master of law (Republic of Kazakhstan, Uralsk)

PSYCHOLOGICAL FEATURES OF JUVENILE DELINQUENCY

Annotation. The article comprehensively examines the psychological features of juvenile delinquency. In addition, the patterns of psychological development characteristic of adolescence, the main stages of personality formation and their impact on the occurrence of illegal behavior are analyzed. Emotional instability of adolescents, impulsivity, aggression level, peculiarities of self-esteem and low level of social adaptation are characterized as psychological prerequisites of offense. The role of family education, the quality of relations between parents and children, and the influence of the social environment, especially peer groups, are particularly emphasized. The psychological characteristics of deviant manifestations in the behavior of juvenile offenders are given, the level of their acceptance of the norms of law and a sense of responsibility is analyzed. It shows the importance of psychological prevention in the prevention of juvenile delinquency. The main directions of psychological correctional and preventive work with adolescents are proposed, the need for joint activities of educational organizations, families and social institutions is substantiated. The conclusions discussed in the article are of practical importance for educators, psychologists, social workers, and law enforcement professionals.

Keywords: minors, offenses, adolescent psychology, aggression, family upbringing, deviant behavior, social environment, responsibility.

 

Кіріспе. Егеменді де өркениетті елдің бүгіні мен ертеңін өрге бастырар жас жеткіншектер екені белгілі. Болашақтың тізгінін ұстайтын олардың алдағы атқа­рар іс-әрекеттерінің түп-тамыры бүгінгі күнмен тығыз байланысты.

Кәмелетке толмағандар құқық бұзушылығының алдын алуды тікелей, не жанама көздейтін құқықтық актілердің көп болуы қоғамдық қатынастардың кез келген саласында кәмелетке толмағандар тұлғасының дамуын қамтамасыз ететін қолдау жүйесінің даму бағытын айқындайды. Әсіресе бұл қауіпті жағдайда тұрған және ерекше қорғау мен қолдауға мұқтаж жасөспірімдерге қажет. Балалар мен жасөспірімдерді тәрбиелеу мен оқытуда отбасының маңызы зор.

Бүгінгі күнгі қоғамның алдында тұрған басты міндеттердің бірі-балалар мен жасөспірімдер арасындағы құқық бұзушылықтың алдын-алу, кәмелетке толма­ған­дар арасындағы қылмыстың өсуіне жол бермеу. Бұл мәселе қазіргі таңда көкей­тесті мәселелердің біріне айналып отыр, себебі өмірлік қиын жағдайға душар бол­ған жасөспірімдердің саны азаяр емес. «Ел болам десең, бесігіңді түзе» деп атамыз қазақ айтқандай, бүгінігі жастар еліміздің болашағы. Жастар қоғамымыздың жү­рек дүрсілі, өзегі. Құқықтық білім беруді қалыптастырудың маңыздылығы қоғамда болып жатқан әлеуметтік үдерістердің жоғары динамизмі мен әлеуметтік-техни­калық қажеттіліктердің жоғарылауымен ғана емес, ғылыми-техникалық өркендеу талаптарының жоғарылауымен де тығыз байланысты. Саяси өмірдің әртүрлі мәсе­ле­лерін кәсіби, терең түрде түсіну үшін, заманауи қоғамның барлық салала­рын­дағы динамикалық өзгерістерді анықтау үшін жақсы ойлау қабілеті, дүниет­аным­дық көзқарасқа сенімділік және жүйелі құқықтық ұстаным болуы қажет. Тәрбие жұмысының басты бағыттарының бірі- жас жеткіншектерге құқықтық тәрбие беру болып табылады. Құқықтық тәрбие беру[1] орта және жоғары сынып оқушылары үшін өте маңызды. Жасөспірімдік кезең — бұл құқықтық тәрбиеге қалыптас­ты­рудың ең қолайлы кезеңі. Осы жастағы оқушылар құқық, еркіндік жөніндегі ақпа­раттарды және заңды толық түсіне алады. Құқықтық тәрбиенің мақсаты- мемле­кет­тің заңын құрметтейтін ұрпақ тәрбиелеу. Құқықтық тәрбиенің бастамасы оқу­шы­ларға терминдер мен ұғымдарды түсіндіру. Терминдік түсініктерді еркін мең­геру арқылы оқушы жауапкершілікті сезініп, іс-әрекеттің құқықтық жағын сара­лай­тын болады. Жасөспірімдік кезең — есею, жетілу, мүмкіншілік кезеңі. Бұл к­езеңде өзгерістер, әсіресе өзара қарым-қатынастағы өзгерістер жедел түрде бола­ды. Білім беру ұйымдарындағы жасөспірімдердің ар- намыс сезімдері алда тұрады, парыз, серіктестік, ғашықтық сезімдерге бой алу басым болады. Жасөспірімдер бір-біріне жоғары моральдік талаптар қояды. Бір-бірімен дос болуда сабақты жақсы оқу қасиеттері аса маңызды болмайды, тек адамгершілік қасиеттеріне көп мән береді: жолдастарын батылдығы, ерлігі, қиын сәттерде көмек көрсету т.б қа­си­еттеріне қарап бағалайды. Достық қарым-қатынас орнату қажеттілігі тән бола­ды, яғни, достарымен әңгімелескенді ұнатады, достықты жоғары бағалайды және келіспеушіліктер болса соған қатты алаңдайды. Жасөспірім жеке тұлға болып то­лық қалыптаспағандықтан және әлі қоғамдық ортада өз орнын таппағандықтан, осы кезеңде оқушыларға отбасы тарапынан, мектептен, қоғамнан әлеуметтік бақы­лауды күшейту керек. Өйткені, жасөспірімге ата-аналардың ықпалынан гөрі ара­ла­сатын ортасының, топтардың ықпалы басымырақ болады және бұл жасөспі­рімдерде қоғамға қарсы жат әрекеттерге бейім болу қылықтарының көбеюіне бір­ден-бір себеп болушы фактор.

Материалдар мен әдістер. Материалдар отандық және шетелдік зерттеуші­лер­дің кәмелетке толмағандар арасындағы құқық бұзушылықтардың психология­лық ерекшеліктері мәселелері бойынша жұмыстары болды. Жалпы ғылыми тал­дау, синтездеу, салыстыру және модельдеу әдістері қолданылды.

Талқылау және нәтижелер. Қазіргі таңда біздің өсіп келе жатқан ұрпақты салауатты дамуына егеменді де, тәуелсіз мемлекетіміз Қазақстан демократиялық және қиын-қыстау өтпелі кезеңдерде біздің жастарымыздың арасында, соның іш­ін­де атап айтсақ кәмелетке толмағандар арасындағы бақылаусыздық болып тұр. Соң­ғы жылдары республикада өсіп келе жатқан кәмелетке толмағандар арасында және жастардың төмендегі статистикалық мәліметтеріне қарайтын болсақ, өкі­ніш­ке орай, қарастырылып отырған тұлғалар арасындағы қылмыстылық өршуде. Кә­ме­лет­ке толмаған құқық бұзушылықтармен сақтандыру жұмысын жұмысын тиімді жүр­гі­зуге кедергі болатын бір жағдай-қоғамға қайшы әрекет жасаған жасөспірім­нің 70 %-ы кейін өзінің қылмыстық ортасына қайтып оралады. Сол себепті соңғы он жыл­дықта сақтандыру жұмысын жүргізуге мәжбүр ететін жеткіншіктердің са­ны жоғары деңгейде тұр. Яғни олардың әртүрлі сылтаулармен қоғамға қайшы әре­кет жасау дағдылары бойға орнығуда, қылықтары ересектерден кем түспейді. Сон­дық­тан бүгінгі жеткіншіктер арасындағы зорлықшыл зерделеу проблемасы өзекті мә­се­леге айналды. Кәмелетке толмаған жасөспірімдердің қолымен жасалған қыл­мыс­тардың саны өсіп бара жатыр. Олардың негізгі себептері атай кетсек төмен­дегідей:

Бірінші себепте, ата-аналар тәрбиесінің жеткіліксіз болуы. Жеткілікті болған­ның өзінде тәрбиенің дұрыс берілмеуі. Қазіргі ата-аналардың тәрбиесі бұрынғы­мен салыстырғанда мүлдем өзгеше. Нәтижесінде ата-аналар балаларына кері тәр­бие береді, яғни атап айтатын болсақ көшеде келе жатып бір-бірімен соқтығысып қалған жағдайда, кешірім сұрап әрі қарай кете берудің орнына, олардың ата-аналары оларға тек өзінікін дұрыс, өзгенікін бұрыс деп тәрбиелейді. Ал сол тәрбие­ні көріп өскен жас бала ертеңгі күні біреуге жамандық жасаса да өзінікін дұрыс деп санайды. Сол кезде ол жасы кәмелетке толмаған балаға тәрбие беру өте тым кеш болады. Әрине тәрбие ошақ басынан, содан кейін қазіргі таңда мектептегі мұ­ға­лімдерінің беделінің төмен түскендігі де байқалады. Бұл да қазіргі таңдағы өзекті мәселелердің бірі болып табылады.

Екінші себеп — қоғамдағы қылмыстың артуына нашақорлық пен алкоголизм­нің салдары болып тұр. Әрине, ішкен адам өзінің жасаған әрекетіне, мінезіне жауап беруі өте қиын және ол мас күйінде ненің дұрыс, ненің бұрыс екенін тіпті ойламайды. Сондықтан аталған мәселені шешпейтін болсақ, біз жасөспірімдер арасындағы қылмыстың санын азайту мүмкін емес.

Үшінші себеп — құқық қорғау органдарындағы заңсыздық мәселесі. Бір бала қылмыс жасаса және оны бәрі біледі. Ал осы кезде құқық қорғау органдары әлгі ба­лаға жаза қолданудың орнына басқа заңдылыққа жатпайтын шараларды қолда­нып, көз жұмып отыра береді, ал бұл жағдай келесі балаға теріс әсер етеді. Осы оқи­ғаны көрген жастар жазадан құтылуға болады деген ойға келеді. Нәтижесінде жасөсіпірімдер арасында заңға сенімсіздік пайда болады.

Жасөспірімдер арасындағы қылмысқа қатысты сұрақтар көбінесе экономи­ка­лық және әлеуметтік жағдаймен тығыз байланысты. Қазіргі уақытта экономикалық жағдайдың нашарлауы мен қоғамдағы әлеуметтік шиеленістер жасөспірімдер ара­сын­дағы қылмыстың өсуіне елеулі әсер етеді. Ю. С. Жариковтың пікірінше, әлеу­меттік-экономикалық күйзеліс жасөспірімдер үшін ең үлкен қауіп төндіретін фак­торлардың бірі болып табылады, себебі олар әлеуметтік тұрғыдан ең осал топ бо­лып табылады. Осылайша, ересектерге қарағанда жасөспірімдер экономикалық қи­ыншылықтарға көбірек ұшырайды, бұл олардың қылмыс жасауына себеп болуы мүмкін. Қазіргі кезеңде жасөспірімдер өздерінің әлеуметтік және жастық ерекше­лік­теріне ие жеке топ ретінде қарастырылады, бұл олардың арасындағы қыл­мыс­тың алдын алу үшін нақты әрі тиімді тәсілді талап етеді.Осылайша, жасөспірімдер арасындағы қылмыстың өсуі тек әлеуметтік- экономикалық жағдайға ғана емес, со­нымен қатар олардың психоэмоционалдық дамуына да тікелей әсер етеді. Сон­дықтан, алдын алу шаралары мен профилактиканың маңызы зор, себебі олар тек қыл­мыстың алдын алуға емес, жасөспірімдердің қоғамға толыққанды бейім­де­луіне де ықпал етеді. Бұл шаралар қылмыс жасаған жасөспірімдердің өздеріне де, қоғамға да үлкен зиян келтірмеуін қамтамасыз ету үшін қажет. Лоубо Чжоума пі­кір­інше, «жасөспірімдер қылмысының алдын алу олардың қылмыстық әре­кет­терден қорғалуына, денсаулығы мен психологиялық қауіпсіздігіне кепілдік береді. Бұл шаралар қоғамда тәртіп пен тұрақтылықты сақтауға, қылмыс деңгейін төмен­детуге және қоғамдағы қауіпсіздік сезімін жақсартуға ықпал етеді»[2]. Бұл тұжырым жасөспірімдер қылмысының алдын алудың әлеуметтік, психологиялық және эко­но­микалық маңыздылығын көрсетеді. Сонымен қатар, алдын алу шаралары жасөспірімдердің мінез-құлқындағы өзгерістерді тиімді бағытта өзгертуге мүм­кіндік береді, осылайша болашақтағы қылмыс деңгейін төмендетуге ықпал етеді. Кәмелетке толмағандардың арасында әртүрлі қылмыстың терең тамырлануы кімді болса да, алаңдатпай қоймайды. Құқықтың мемлекетке қадам басқан шақта қоғам­ға саналы адам қалыптастыру мемлекетіміздің басты міндеттерінің бірі болатын болса, ол міндетті іске асыруға басты мақсат жасөспірімді жаңа рух та, жаңа көз­қараста тәрбиелеуден айқын көрінеді.

Құқық бұзушылыққа басты себеп — баланың пайдалы әспен айналыспауы десек, жоғарғыда айтып кеткендей оның бос сандалыстан көп өкініштерге ұрын­дырып жататыны айтпаса да түсінікті.

Сьюзан Янг, Бен Гриер және Ричард Чёрчтың айтуы бойынша, қылмыстық топ­тарға мүше жасөспірімдерде психикалық денсаулық мәселелері, мысалы, антисоциалды тұлғалық бұзылыс, алаңдаушылық бұзылыстары және СДВГ сияқ­ты аурулар жиі кездеседі. Мысалы, СДВГ жиілігі түрмедегі жасөспірімдер арасын­да 30,1 %-ды құрайды, ал жалпы жасөспірімдер арасында бұл көрсеткіш 3-7 %-ды ғана құрайды. Бандалардың мүшелерінде депрессия және суицидтік ойлар қаупі де жоғары[3].

Бұл жасөспірімдердің психикалық жағдайын әлеуметтік реабилитация және қылмыстың алдын алу процесінде ескеру қажеттілігін көрсетеді. Жасөспірімдер қылмысы контекстінде «жауапкершілік» ұғымы маңызды рөл атқарады, себебі ол жасөспірімдердің қылмыстық жауапкершілігі ұғымымен байланысты. Жасөспі­рім­дердің қылмыстық әрекеттері көбінесе ересек қылмыскерлер үшін «қор» болып табылады, сондықтан жасөспірімдер арасындағы қылмысқа қарсы тиімді шаралар­ды қабылдау әлемнің барлық елдерінде қылмыстық құқықтың маңызды бағытына айналды[4]. Бұл жасөспірімнің құқық бұзушылық жасаған жағдайда өзінің әрекет­тері үшін заңды жауапкершілікке тартылуы мүмкін екенін білдіреді, бірақ бұл оның жасына, жасаған іс-әрекетінің маңыздылығына және зиянның көлеміне бай­ланысты. Алайда, жасөспірімдерге қатысты жауапкершілік тек жазалау ғана емес, ол сонымен қатар олардың мінез-құлқын түзетуге және әлеуметтік өмірге оралу­ы­на бағытталған алдын алу шараларын да қамтиды. Жасөспірімдерге қылмыстық жауапкершілік белгілеу заңнамамен реттеледі, ол жасөспірімдер қашан және қан­дай жағдайда өз әрекеттері үшін жауапқа тартылатынын анықтайды. Көптеген ел­дерде жасөспірімдердің қылмыстық жауапкершілігін қоятын жастық шектер бел­гіленген, мұнда тек жас емес, сондай-ақ жасөспірімнің жасаған әрекетіне қатысты тү­сінігі мен жауапкершілігі де ескеріледі.

Қорытынды. Жасөспірімдер жауапкершілігіне қатысты маңызды бір аспект -бұл ерекше тәсіл қажет болатындығы, өйткені олар жеке тұлғаның қалыптасу ке­зеңінде тұр. Ересек адамдардан айырмашылығы, жасөспірімдер психо-социальды даму кезеңінде болғандықтан, оларға тек жазалау емес, реабилитация және алдын алу шаралары қолданылуы тиіс, бұл болашақта қылмыстардың қайталануының ал­дын алады. Осы тұрғыда жасөспірімдерге қатысты қылмыстық жауапкершілік тек жазалау құралы емес, сонымен қатар әлеуметтік реабилитация мен ресоциализа­ция­ның маңызды механизміне айналады, бұл келешекте құқық бұзушылықтардың алдын алуға көмектеседі. Осылайша, жасөспірімдердің қылмыстық құқықтағы жау­апкершілігі — бұл тек қылмыс үшін жаза қолдануды ғана емес, сонымен қатар олар­дың мінез-құлқын түзету мен тәрбиелеуге бағытталған шаралар кешенін қамтитын процесс, бұл процесс психо-педагогикалық факторларды ескеруді қажет ететін көпқырлы болып табылады. Қылмыстық құқықтағы жауапкершілігі — бұл тек қылмыс үшін жаза қолдануды ғана емес, сонымен қатар олардың мінез-құлқын түзету мен тәрбиелеуге бағытталған шаралар кешенін қамтитын процесс, бұл про­цесс психо-педагогикалық факторларды ескеруді қажет ететін көпқырлы болып та­былады. Бұл мәселелер қазіргі заманғы құқық қорғау жүйесіне қосымша қиын­дық­тар туғызады, өйткені жастар арасындағы қылмыстың ықтимал көздері көбінесе интернет-құбылыстар мен әлеуметтік желілерден туындайды.

Қорыта айтқанда, бүгінгі таңдағы еліміздегі білім беру ұйымдарының әлеу­мет­тік міндеті — жас ұрпаққа сапалы білім, саналы тәрбие беру және олардың әр­қайсысына өмірден өз жолын табуға көмектесуді негізгі мақсат еткені абзал.

 

Әдебиеттер тізімі

  1. Сатыбалды Л. Формы вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность. — Алматы, 1999.
  2. Luobu Zhuoma The importance of Preventing Juvenile // Economics and Policy. — 2024. — №7(3). P. 162.
  3. Susan Young, Ben Greer, Richard Church Juvenile delinquency, welfare, justice and therapeutic interventions: a global // National Library of Medicine. — 2017. — № 41(1). — P. 21-29.
  4. Турунова М. Н. Характеристика преступности несовершеннолетних, обус­лов­ленной влиянием сети интернет // Вестник Алтайской академии экономики и права. — 2021. — № 9-1. — 99-103 б.

References

  1. Satybaldy L. Formy vovlecheniya nesovershennoletnikh v prestupnuyu deyatel’nost’. — Almaty, 1999.
  2. Luobu Zhuoma The importance of Preventing Juvenile // Economics and Policy. — 2024. — №7(3). P. 162.
  3. Susan Young, Ben Greer, Richard Church Juvenile delinquency, welfare, justice and therapeutic interventions: a global // National Library of Medicine. — 2017. — № 41(1). — P. 21-29.
  4. Turunova M. N. Kharakteristika prestupnosti nesovershennoletnikh, obus¬lov-lennoy vliyaniyem seti internet // Vestnik Altayskoy akademii ekonomiki i prava. — 2021. — № 9-1. — 99-103 b.

Поиск

Последние статьи

Свежие комментарии

Статьи по номерам

Статьи по авторам

Абубакирова Г. М. (3) Абылхан А. Қ. (3) Аужанов Р. Б. (3) Ахметов А. Т. (3) Ахметуллина А. М. (4) Байкунакова Г. А. (5) Балтабаев С. А. (4) Бекишева С. Д. (13) Галым Ф. Г. (4) Гузикова В. В. (5) Джаксыбаев А. С. (4) Ермекова З. Д. (9) Жармаганбетова К. Т. (5) Жубандыкова Л. А. (4) Жумабаева Г. А. (3) Исмаилбаев Т. Ш. (5) Каирова Н. И. (3) Кочмарик Ю. (11) Кудабаев Р. А. (3) Курманбаев Е. Б. (4) Куставлетов Х. М. (3) Максименко Е. И. (18) Медиев Р. А. (18) Минайдаров С. М. (4) Молдыбаева Р. Б. (3) Музтауов Ж. Б. (5) Нестерова В. Е. (5) Нурушев А. А. (5) Отеуова А. К. (3) Пестова Т. П. (3) Рамазанова А. Р. (3) Сагиева Г. К. (9) Саханова Н. Т. (8) Сиязова Ж. С. (3) Скворцов А. П. (13) Смагулова А. С. (3) Сулейманова Г. Ж. (16) Тусупбеков Е. Т. (4) Усенко М. С. (4) Филиппова Е. О. (4) Хон Л. О. (3) Шагивалеева И. З. (5) Юрин В. М. (5) Қайыржанова Д. Қ. (3) Әбдәлі А. А. (3)